Книга Босс перевоспитанию (не) подлежит, страница 13 – Арина Арская

Смотрю на эту сорокашестилетнюю дурочку с русыми волосами, собранными в строгий узел на затылке. На её простенькую блузку, на скромную юбку-клёш в клетку… и понимаю, что хочу видеть на ее месте какую-нибудь жгучую брюнетку с пухлыми алыми губами или стервозную блондинку с курносым носиком и длинными ногами.

Почему я не отказал Ольге? Может, стоило их отпустить к моей первой бывшей жене?

— Поварская, дом восемь-дробь-один, корпус один, четвертый подъезд, — говорю я медленно, наблюдая, как она выводит аккуратные буквы. — Квартира сорок пять. Код подъезда — один, три, три, семь.

Она кивает, не поднимая головы.

— Гардеробная в спальне. Развесь их по цветам.

— По цветам? — наконец поднимает она на меня глаза.

— Да, Ромашкина. Чёрный к чёрному, синий к синему. Я люблю порядок.

В её взгляде мелькает что-то вроде: «Ты посмотри, какой аккуратист», но вслух она только говорит:

— Хорошо.

Она кивает, аккуратно складывает бумажку, кладёт в карман. Берёт сумку. И направляется к выходу.

— У меня в квартире камеры, Ромашкина. По шкафам не шарься и секреты мои не ищи.

Она оглядывается:

— Мне ваши секреты не нужны.

— Вы бабы существа любопытные, — отвечаю я. — Поэтому заранее предупредил. Твоя задача — забрать мои пиджаки и только.

Глава 8. Старая чувырла

Я уже с порога понимаю, что квартира у Руслана Александровича просто огромная. В одной только прихожей точно поместилась бы моя гостиная, которой я невероятно горжусь, ведь в моей квартире это самая большая комната.

Всё здесь дышит холодным, стерильным порядком.

Скидываю туфли на идеально чистый отполированный до блеска белый мрамор. Ступаю на цыпочках.

Аккуратно скидываю туфли.

Высокие потолки , выкрашенные в приятно тёплый серо-бежевый оттенок стены.

Весь интерьер — мечта холостяка-миллионера: никаких вычурных форм, позолоты, кричащих деталей.

Всё строго, минималистично и чертовски современно.

Ни одной лишней вешалки или стойки в прихожей. Вся одежда спрятана в шкафы, а шкафы замаскированы под матовые панели стен.

Заглядываю в пустую гостиную. Тут тоже всё лаконично, просто и безумно просторно: огромный низкий диван цвета мокрого асфальта, большой во всю стену чёрный экран телевизора, низкий стеклянный столик, узкие, почти незаметные комоды у стен. Встроенные светильники и модные нынче в интерьерах прожекторы на стальных перекладинах у потолка.

Ловлю себя на мысли, что мне дико хочется заглянуть в каждый уголок этой стерильной крепости.

Как живёт этот человек? Что прячется за этой холодной красотой?

Но я одёргиваю себя. Меня же предупредили не искать секреты. Иду дальше по коридору, который погружён в зловещую тишину.

Открываю следующую дверь. Мне повезло. Я угадала.

Это спальня Руслана Александровича.

Огромная комната. Панорамные окна от пола до потолка затянуты простыми белыми шторами из плотной ткани без вышивок, кистей и ламбрекенов. На полу у кровати безворсовый в тон шторам.

Широкая кровать с низким изголовьем аккуратно застеленай стёганым бархатным покрывалом светло серого цвета.

Не знаю почему, но мне хочется навести здесь беспорядок.

В глубине спальни — тридвери. Одна приоткрыта и ведет в ванную: мелькает просторная душевая кабина и прямоугольная ванна.

За второй нахожу санузел.