Книга Развод. У тебя есть дочь, страница 2 – Арина Арская

Кивает.

Как можно бросить ребенка? Такого маленького и беззащитного?

— Я сейчас позвоню в полицию…

Опять кивает, а я закусываю губы. На меня обрушивается воспоминание, в котором отец меня потерял на прогулке у аттракционов. Я, кстати, тогда тоже не плакала. Разрыдалась только в объятиях мамы, а до этого слонялась среди больших взрослых и тихо спрашивала, где папа.

— Позвоню в полицию, — повторяю я. — Они тебя заберут и будут искать твою маму.

— Ладно, — теперь Аня смотрят вперед, спрятав руки в карманы. — Почему тетя Аля так не сделала?

— Не знаю, — едва слышно отвечаю я. — Не бойся, все будет хорошо…

Поджимает губы и сводит брови вместе:

— Я не боюсь.

— Зато мне страшно, — едва слышно шепчу я и касаюсь экрана смартфона. — И мне сейчас непонятно.

Аня разворачивается ко мне и поднимает взгляд:

— Я часто оставалась одна. И одна гуляла. Недалеко. Во дворе, но одна.

— Господи, — между лопаток бежит озноб.

— Поэтому могу одна искать маму.

— Нет, — тихо и строго говорю я. — Ты маленькая, а в мире много плохих взрослых. И как ты будешь искать маму, если я, большая тетя, не знаю, как это делать?

Молчит и щурится. Что-то внутри обрывается. Прищур знакомый. Это прищур Руслана. Моего мужа.

— А вы хорошая тетя? — спрашивает Аня.

— Я хочу так думать, — ищу в телефоне фотографию Руслана и показываю Ане, — ты знаешь этого дядю?

— Нет, — Аня качает головой. — Не знаю, — поднимает взгляд, — а кто это? Плохой дядя? И когда приедут поли… цекс… политец…

— Полицейские, — говорю я.

— Да, когда они приедут маму искать?

— Все, я им звоню…

Прикладываю телефон к уху, и Аня с тяжелым вздохом приваливается ко мне:

— Да уж.

— А папа у тебя есть?

— Есть, — Аня медленно кивает, — но он часто кричит, что он не мой папа. Он меня не обнимает…

Стискиваю зубы и зажмуриваюсь.

Ко мне привалилась в детской печали и незамутненности чужая ошибка, и меня начинает трясти от страха, что это мой муж постарался, и от дикой жалости к маленькому человеку.

— Здравствуйте, — говорю я, когда раздается строгий голос дежурного. — Тут такое дело… Мне подкинули чужого ребенка…

Аня трет нос и покачивает ножками.

— Куда подкинули?

— Незнакомая девушка всучила девочку лет пяти и ушла…

— Куда?

— Я откуда знаю?

— Всучила ребенка и ничего не сказала?

Аня вытаскивает из кармана карамельку в зеленой обертке и протягивает мне. Я качаю головой, а сама готова разрыдаться. Аня пожимает плечами и разворачивает обертку.

— Девочка не ранена?

— Нет… Вроде бы нет…

Аня сует карамельку в рот и задумчиво сосет ее. Расправляет фантик и затем прячет его в карман:

— Такого у меня еще нет.

— Когда вы будете?

— Адрес какой?

Я диктую адрес. Свой адрес вместе с номером квартиры.

— Минут тридцать. Ожидайте.

Гудки, и я прячу телефон в карман. Маникюр отменяется.

— Ты голодная?

— Поплитеские едут? — поднимает взгляд.

— Едут.

— Хорошо, — кивает и опять смотрит перед собой, сосредоточенно рассасывая карамельку.

— Ты голодная? — повторяю я вопрос.

Возможно, я поступаю неверно. Возможно, я дура дурой, но я уже сама замерзла. Мой гнев, ревность и растерянность подождут.

Аня кивает.

— Пошли, — встаю.

Аня смотрит на меня с подозрением:

— Вы хорошая тетя?

— Я сейчас пытаюсь быть ею, — сглатываю.

— Получается?