Онлайн книга «Развод. Ты меня предал»
|
— С тетей Ией, — голос Матвея становится холодным. Лиля переводит взгляд на меня и шепчет: — Это неправда. — Правда, — Матвей похож на человека, которого приговорили к смертной казни. — Нет! — взвизгивает в истерике Лиля. — Ты не мог! Это неправда! Не ты! Кто угодно, но не ты! Ты не такой! — Такой! — Матвей повышает голос. — Такой, Лиля, такой! — встает и сжимает кулаки. — Я был с твоей крестной! Ты меня слышишь, нет? Это правда! И ты бы все равно это узнала! Вы обе бы об этом узнали! Не от Ии, так от меня! И я рад, что это вскрылось! Рад! — Нет! — Замолчи немедленно! — рявкает Матвей. — Уж сейчас ты можешь со мной не пререкаться и не спорить?! — Я в это не верю! — отчаянно верещит Лиля и топает ногой. — Веришь ты или нет, но это было! И будет развод! — Матвей ревет раненым зверем. — Потому что она еще и беременная может быть! — Это все ложь! Матвей недоуменно моргает, а затем смотрит на меня в легком ошеломлении: — Может, ты вмешаешься? — Лиля, — неуверенно говорю я. — Милая, мне так жаль… Пусть мы дышим, говорим, но мы, все трое, сегодня умерли. Умерли, как семья. — Вы меня родили, чтобы потом взять и развестись? — с губ Лили срывается короткий смешок. Она отказывается верить в жестокую правду, что ее отец изменял мне. Ее мозг просто отсекает признание Матвея и не принимает их. — Мы родили тебя, потому что любили друг друга, — шепчу я и немного заикаюсь. — Мы не знали, что… что будет так, Лиля. Взрослые могут быть очень глупыми. — Да вы не глупые, — едва слышно отвечает Лиля и рявкает, — вы тупые! — Ты как с матерью разговариваешь?! — Ладно! — шипит Лиля на него. — Это не вы тупые, а ты тупой! Будешь спорить с этим? — Нет, — цедит сквозь зубы Матвей. — Спорить не буду. — И Ия твоя тупая, — голос Лили срывается на шепот. Вот-вот разрыдается. — Ненавижу ее… Ненавижу… Отступает. Я поднимаюсь на ноги, делаю к ней шаг в желании обнять и разделить ее разочарование. Во мне она может быть уверена. Я никогда не предам ее доверия и любви. — Нет, не трогай меня, — она всхлипывает и убегает. — Лиля! Кидаюсь за ней. На лестнице, что ведет на второй этаж, она резко разворачивается ко мне и кричит: — Оставь меня! — Лиля… милая… мы это преодолеем. Вместе. — Вместе?! — она смеется. — Нет больше вместе, мама! А я так не хочу! — Мне тоже страшно, Лиля, — слабо улыбаюсь, — и я бы тоже хотела, чтобы все было по-другому. — Он не мог так поступить с тобой, — Лиля качает головой и прячет руки за спину. — Но поступил. Она сейчас не подпустит меня к себе. Она прекрасно понимает, что моей вины в ошибках Матвея нет, но подростковый ужас перед будущим иррационален. Она потеряла семью, и в ее глазах мы оба несем ответственность. Я, как жена, должна была уберечь Матвея от неправильных решений. Мы ведь одно целое. Мама и папа. И разве могут быть мама и папа отдельно друг от друга? Я эгоистично жду поддержки от Лили. Я хочу, чтобы она обняла меня, вместе со мной поплакала и чтобы сказала, что она любит меня и будет рядом. Я хочу опереться на нее, но это неправильно. Я тут взрослая тетка. — Лиля, я хочу тебя обнять. — Нет, — она поднимается на несколько ступеней и смахивает слезы дрожащей ладонью. — Не сейчас, мам. А затем кидается на второй этаж. Вздрагиваю, когда слышу, как хлопает дверь ее комнаты. |