Книга О, мой профессор!, страница 85 – Лариса Васильева

У меня от жалости сжалось сердце. Ребенок не хочет ехать домой со Стасом, значит знает, какой он. Представляю, как тяжело все это время им обоим жилось в золотой клетке.

— Не поедем, — вымученно улыбнулась Алина и с тревогой посмотрела на меня.

Нам ничего не оставалось делать, как ждать. Спуститься вниз мы не могли, а время тянулось мучительно долго. Пятнадцать минут казались вечностью.

Только бы все было хорошо!

Мы заламывали руки и нервничали. Когда мы снова выглянули в окно, охраны Петрова уже не было. Значит они все в доме. Мы ждали, что в любой момент на лестнице могут появиться шаги, и это будут шаги не наших мужчин.

В доме прекрасная шумоизоляция. Внизу могло случится что угодно, мы бы наверху не услышали. Спустя еще четверть часа на лестнице действительно послышались шаги. Мы замерли, боясь издать хоть звук.

Неизвестный открывал двери поочередно, значит, это точно человек Стаса. Когда дошла очередь комнаты матери, дверь дернули, и она не поддалась. В дверь негромко постучали. Мы испуганно дернулись. Артем прижался к матери и зажмурил глаза.

А потом раздался удар в дверь. Один. Другой. Вначале слабее, потом сильнее. Неизвестный выламывал дверь, и мы не знали, как долго выдержит замок.

Вооружившись, кто чем сможет защищаться, мы ждали неизвестного. Артема спрятали в шкафу, а сами встали по бокам от двери.

Спустя несколько сильных ударов замок не выдержал, и дверь с глухим стуком ударилась о стену. Мы еще не успели толком разглядеть мужчину, как на его голову уже обрушилась китайская ваза, между прочим, дорогущая. У мамы удар хорошо поставлен, кто бы мог подумать!

Незнакомец пошатнулся, но не упал. Следом на него обрушился мой стул, после чего он упал, грязно выругался, обозвав нас сучками и снова попытался встать. Еще одна ваза из рук Алины заставила его замолчать.

— Я ведь не убила его? — испуганно зашептала сестра.

Мама потрогала пальцами шею мужчины и сообщила, что он жив. Дальше в этой комнате оставаться было небезопасно и мы, забрав Артема, заперлись в моей комнате.

Из нее уже была видна другая часть двора, но людей Стаса там тоже не было. Через несколько минут снов раздались шаги на лестнице, и мы судорожно стали искать орудия для обороны. В коридоре были слышны звуки возни, а потом все затихло. К нам в дверь так никто не постучал.

Оставив Алину с сыном в комнате, мы с матерью осторожно выглянули в коридор. Охранник Стаса лежал на полу в нелепой позе.

— Жив, — заключила мама, обследовав его шею.

Перешагнув мужчину, мы медленно шли к лестнице, когда вдруг прямо перед нами появился еще один амбал. Я взвизгнула и едва не выпустила из рук кубок. Он был металлический и тяжелый, полученный мной в каких-то соревнованиях еще в школе. У мамы в руках была ваза.

Наше вооружение только позабавило мужчину, он усмехнулся и кинулся на нас. Пропустив его ко мне, мама приложила его со всей силы вазой по голове.

— Тупая курица! — завопил он и обернулся. И тут же я ударила его кубком, после чего охранник упал как подкошенный.

— Ну и кто тут тупая курица? — с гордостью произнесла мама. — Жив, подлец, — она потрогала его шею.

Мы снова двинулись вперед, но неожиданно раздался очень громкий звук. Словно сотни автомобилей разом надавили на клаксоны. Мы кинулись к окну и обомлели.