Книга О, мой профессор!, страница 23 – Лариса Васильева

— Пойдем! — я схватила его за руку.

— Куда? — Матвей не ожидал, поэтому удивлен.

— Туда, — я прикусила губу и потянула более настойчиво. Если сейчас откажется, просто развернусь и уйду. К черту все, надоело!

Неожиданно Матвей подался вперед и вот мы уже стоим внутри небольшого помещения. Раковина, сушка для рук и огромное зеркало во всю стену. Сортир в другом помещении, но нам туда не надо.

Глупо улыбнувшись, я потянулась к его губам. Григорьев ответил быстрым поцелуем и, отстранившись, щелкнул замком. Теперь мы в безопасности.

Надеюсь, в туалетах нет видеокамер, потому что в следующую секунду я врезаюсь спиной в стену, а губы Матвея накрывают мой рот. Это продолжается охренительно долго и офигенно круто. Я едва стою на ногах, но сильные мужские руки не дают мне упасть. Губы Матвея перемещаются на шею, и я выгибаюсь навстречу ощущениям.

— На мне нет трусиков, — прохрипела я, едва не теряя сознание.

Возможно, он меня даже не слышит, но в ту же секунду пальцы Григорьева забираются под платье. От прикосновения к голой коже меня пронзает волна наслаждения, а настойчивые пальцы уже скользят по кружевной ткани.

— Обманщица, — выдохнул Матвей мне прямо в губы, — но я помогу это исправить.

Кто бы мог подумать, он стащил с меня трусики. Белоснежное кружево поехало по моим ногам, а Матвей ехидно усмехнулся, чувствуя себя победителем.

Вот, значит, как!

— Хочу к тебе прикоснуться! — набросилась на него, ощущая адскую смесь возбуждения и адреналина. Григорьев не сопротивлялся, но и не помогал. Сама расстегнула пиджак, рубашку, с галстуком не стала возиться, просто сдвинула в сторону.

Какая горячая кожа! Как печка, или он просто горит изнутри от моих прикосновений.

Провела пальцами по груди, очертила темные круги сосков и спустилась на живот. Матвей тяжело задышал и снова набросился на мой рот. Вжал меня в стену, а сам возбужден до предела. Почувствовала его стояк, упирающийся мне в бедро. Прикоснулась к нему через тонкую ткань брюк.

— Твое платье меня бесит, — прохрипел Матвей, путаясь пальцами в струящейся ткани.

— Не рви! — испугалась я.

Изорвет к чертям собачьим красивое платье, а в нем, между прочим, меня впервые захотел мой профессор, поддавшись соблазну.

— Не буду, — его ладони выпутались из струящегося плена и опустились на мои голые ягодицы. — Ты же этого хотела, чертовка, когда затащила меня сюда, — прошептал он, припадая губами к мочке уха.

Разведя в сторону мои ягодицы, он провел пальцами по колечку ануса. Я вздрогнула, напуганная необычными ощущениями.

— Ты такая смелая и решительная, настоящий ураган, — зомбировал он, продолжая массировать мою попку.

Меня там никто никогда не касался, и я замерла, сраженная новыми для себя импульсами. А его пальцы уже переместились ниже, где концентрировался основной узел моего возбуждения. Черт! Его пальцы надавили на чувствительную точку, и я вскрикнула.

— Ну же, кричи громче. Давай взбудоражим весь этот чертов ресторан! — глубоким голосом прохрипел Матвей, а сам продолжил касаться меня между ног.

Наверное, мне должно быть стыдно за свое развратное поведение, но так приятно, что я забываю обо всем. Внутри меня настоящий пожар и, кажется, пошла бы за чертом, сумей он его погасить. Продолжая растирать чувствительную точку, Матвей вводит палец внутрь. Или два, мне уже все равно. Меня трясет и разрывает от желания. Сама насаживаюсь на его пальцы снова и снова пока не наступает разрядка.