Книга Неприятности по спецзаказу, страница 27 – Риша Вольная

— А Катерина Сергеевна-это …?! — между прочим, решила уточнить.

— Катюшка с ресепшена на этаже босса. Вы должны быть знакомы.

— Да, знакома. Она мне вчера и сообщила о переносе моей встречи с боссом.

Пётр Ильич загадочно ухмыльнулся, но больше ничего не сказал.

Выяснять значение этой загадочности не стала, мне было пора.

Сердце быстро стучало, причем чем ближе к кабинету начальства, тем чаще ритм. Вроде бы, не страшно, а волнение плескалось в теле, и тут уже никакие тренинги не срабатывали.

Нужная мне дверь была закрыта. Секретаря для сообщения о моём прибытии не было, как в принципе никого вообще не наблюдалось по периметру. Какой идиот притащится на работу к шести утра?!

Бодро постучала в двери, вдруг Мирский славно спит. Вот наверняка сейчас разбужу, и это невыспавшееся, взлохмаченное в мятом костюме создание будет пилить мой мозг, а потом попросит отчалить обратно в «Оазис».

Двери открылись, и на пороге стоял Матвей Романович. Холодный, собранный и в идеальном чёрном костюме в мелкую бордовую полоску. Даже галстук не нарушал общей симметрии.

— Доброе утро, — начала я, старательно пряча своё разочарование.

Шеф не исправим. В его случае, как говорится, «горбатого могила исправит».

Мирский в ответ молчал, неотрывно изучая меня. Демонстративно сверху вниз и обратно. Решила, ещё секунда этого рентгена, и я его стукну.

Не хочу получить максимальную дозу облучения Мирского в первые две минуты.

— Не уверен, Евгения Ивановна, что оно доброе! Но здравствуйте. Проходите и присаживайтесь. У меня к вам серьёзный разговор.

Всё началось!

Деваться мне всё равно некуда! Зашла, села, глазки в пол и ручки на коленочки сложила. Ну, просто сестра кротости!

Зато Мирскому на его троне чего-то не сиделось. Босс встал у окна, потом сменил позу, но разговор так и не начал. Я за ним украдкой следила, на всякий случай.

— Евгения Ивановна, насчёт вчерашнего вечера …

О! Вот тут бы продолжения не хотелось!

— Матвей Романович, мне кажется, что это случайное недоразумение можно вычеркнуть. Я искренне сожалею о содеянном, но обещаю, что впредь этого не повторится.

Вот как я выкрутилась! Не знаю, о чем именно хотел повествовать Мирский, но тема эта его крайне напрягала. Нам же сейчас надо, наоборот, сбавить обороты.

Босс обернулся и слегка с нахмуренными бровями снова сканировал меня. Вид такой, словно удивился.

— Я готова сотрудничать, если вы не против, — продолжила наш односторонний диалог. — Я очень люблю свою профессию, и мне очень хочется справиться с вашими заказами.

Тяжёлый взгляд, как снежная лавина, под которой невозможно двигаться и дышать, меня отпустил.

— Хорошо. Тогда приступим!

Нифига себе поговорили …

Я. Сама с собой.

— Вчера вечером мне сообщили, что сегодня в полдень прилетают мои новые заказчики, — сразу к делу перешёл Мирский, оставляя пост у окна. — Они ждут от меня предложений, но, как это ни прискорбно, готовых идей не было. Ночью я наработал несколько макетов, но мне требуется оформление.

Он сел в кресло, закинул ногу на ногу и сложил руки домиком на колене. Фото в журнал готово. Идеальный мужчина, и это … минуточку … в шесть утра после бессонной ночи.

— Сколько у меня есть времени? — стараясь вернуться в реальное, уточнила я.

— Максимум до десяти утра.