Книга Виват Елисавет!, страница 121 – Анна Христолюбова

Отчего-то на бегу он всё повторял в уме на разные лады слова, сказанные тогда Владимиром: «Плоха та мышь, что одну лазею знает». Мышь… Он и впрямь чувствовал себя мышью, над которой занеслась когтистая кошачья лапа.

Крепко держа Елизавету за руку, он бежал, куда-то поворачивал, попадал в новые дворы и проходы, и, казалось, им не будет конца. Он уже почти отчаялся выбраться из грязного тёмного лабиринта, когда вдруг они, сами того не ожидая, через какую-то щель в заборе выскочили на набережную.

Пробежав по инерции несколько саженей, Филипп остановился. Елизавета с разгону ткнулась ему в спину и пошатнулась, он поддержал её за локоть.

Мимо шли люди, неспешно катили экипажи, а у парапета стояла с корзиной припозднившаяся цветочница.

Филипп взглянул в лицо своей спутнице — Елизавета Петровна была бледна нездоровой, зеленоватой бледностью и дышала, как загнанная лошадь, держась рукой за левый бок. Он огляделся, силясь понять, в каком месте они очутились и где их дожидается карета. Выяснилось, что экипажи, как тот, в котором сидел Данила, так и два запасных, поджидавших в других местах, остались далеко позади.

— Ваше Высочество, — он с трудом перевёл дыхание, сердце бухало, точно набат, — карета осталась сзади. Можно вернуться к ней или же выбираться своим ходом…

— Нет-нет, — нервно пробормотала цесаревна и облизнула пересохшие губы, — только не назад…

Вскоре удалось поймать извозчика. Филипп не рискнул ехать прямо к Смольному дворцу, решив, что будет лучше, если они подойдут к резиденции цесаревны пешком и с заднего крыльца. О том, что согласно плану он должен сопроводить Елизавету туда, где кругами каталась её собственная карета с Маврой Шепелевой и Петром Шуваловым внутри, Филипп даже и не вспомнил.

Доехали быстро. Елизавета порозовела, испуг отпустил, и теперь она благодарно улыбалась своему спутнику:

— Спасибо вам, князь!

Отступивший испуг привёл тревогу. Вымученно пытаясь поддержать светскую беседу, Филипп старался не думать, чем кончилось сражение с фискалами, но мысли рвались назад, в тёмный переулок, где остались Алексей и Владимир. Умом он понимал, что спасти их может разве лишь чудо, но из последних сил гнал прочь разумные мысли. Всё существо корчилось, твердя будто в горячке: «Нет! Нет!»

Возница остановился, получив положенную мзду. Филипп выпрыгнул из колымаги, подал руку, помогая сойти даме. Извозчик укатил, и они остались на дороге. Невдалеке темнел Смольный дворец, до него было саженей сто. Через небольшой пустырь, словно островками поросший какими-то лохматыми кустами, они двинулись в сторону дворца.

Когда до задней калитки оставалось совсем немного, из ближайших зарослей выдвинулось несколько тёмных фигур.

Быстрым движением Филипп выдернул шпагу и заступил им дорогу, прикрывая собой Елизавету.

— Бегите, Ваше Высочество! — крикнул он по-итальянски, от души надеясь, что обступающие с трёх сторон люди его не поймут. — Я задержу их!

Надо воздать справедливость цесаревне, она не стала охать, бледнеть и цепляться за него, а бросилась к спасительной калитке.

Один из нападавших рванул было за ней, но Филипп успел прыгнуть наперерез и плашмя ударить его шпагой. Бежавший повалился навзничь, а остальные яростно набросились на Филиппа, уже не пытаясь догнать беглянку.