Книга Не нищая жена, страница 85 – Денни Смит

С некоторой тревогой Эмили вспоминала ее миленькое, серьезное лицо, большие доверчивые глаза и по-девичьи тонкую фигуру. Возможно, Джозеф, если он в самом деле, как продемонстрировал это в лесу, так падок на хорошеньких служанок, обратит свое внимание и на нее. Но Эмили постаралась прогнать навеянный ревнивыми мыслями образ. Она не будет, подобно другим обезумевшим женам, отсылать девушку куда-нибудь или устраивать сцены. И потом, если все-таки ее супруг обратит на Сару внимание, она найдет способ защитить ее, а заодно получит дополнительные аргументы в пользу развода. Не для суда, буде такой состоится, а для самой себя.

Обычно Сара уже через пять минут появлялась с медным тазом теплой розовой воды, мягкими полотенцами, помогала смыть дорожную пыль и усталость, сменить запыленный наряд на чистое, отглаженное платье, пропитанное запахом сушеных лаванды и мяты, которыми она перекладывала белье. Потом она расчесывала длинные, спутанные после дороги волосы хозяйки.

Сейчас же Эмили пришлось ждать ее никак не меньше получаса. Она уже собиралась отправиться на ее поиски сама, рискнув покинуть свое убежище и не ощущая себя готовой к тому, как Сара все-таки пришла.

На лице застыло испуганное выражение, а сама девушка, будучи и без того робкой, была мертвенно-бледна от ужаса. Ее руки дрожали, когда она несла таз с водой, и вода в нем расплескивалась, оставляя мокрые пятна на полу. Побелевшая губа была закушена.

— Боже мой, Сара, что случилось? — не обращая внимания на мокрые лужи, которые оставляла горничная, с тревогой спросила Эмили.

Ей еще никогда не приходилось видеть Сару в таком состоянии.

Причину паники девушки Эмили поняла сразу же, как только та начала свой рассказ.

Едва переступив порог дома, ее муж распорядился собрать всю прислугу — от невозмутимого обычно, но уже порядком посеревшего от тревоги, мистера Дэниэлса до самого юного кухонного мальчишки — прямо в главном холле.

Он ходил между ними как генерал среди войск, хотя, упоминая Джозефа, уместнее было бы сказать — как фабрикант, нагрянувший с внезапной проверкой в цех. Короткие, отрывистые вопросы сыпались на каждого: имя, должность, круг обязанностей. Пространные рассуждения, заминки и неуверенность начинали раздражать его. И хоть он пытался сдерживать свой нрав (удивительно тактично для Джозефа) прислуга чувствовала, что хозяин не в полной мере удовлетворен всеми ответами.

«Можно было бы сделать это деликатнее», — пронеслось в голове у Эмили, пока она слушала. Но тут же мысленно поправила себя. Джозеф, казалось, не знал, что такое деликатность и мягкость. Его методы были грубы, прямолинейны и шокирующе эффективны, но абсолютно пугающи для всех, кому удавалось впервые столкнуться с ними. Чудо, что он не кричал и не уволил никого за первый же час пребывания в Крэмби-Холле. Может быть ему удалось хоть чуть-чуть обуздать свою вспыльчивость за эти полтора года?

Сара, все еще бледная, с дрожащими руками, продолжала свой рассказ, и картина вырисовывалась все яснее.

Внимание мистера Эттвуда, бродившего между рядами слуг, тем временем привлек грум, Билли, — долговязый, веснушчатый паренек лет четырнадцати, который обычно возился на конюшне. Увидев его среди кухарок и горничных, Джозеф замер как вкопанный.