Книга Не нищая жена, страница 202 – Денни Смит

Дэниэлс отступил на шаг, пряча флакон в карман.

Эмили закрыла глаза. Сделала вдох. Сначала с трудом, чуть не срываясь на слезы и крик. Еще один. Ей стало чуточку легче. Нужно собраться с мыслями. Нужно понять, что теперь делать дальше. Она заставила себя выпрямиться, разжать пальцы, впившиеся в подлокотник, и открыла глаза.

Билли все еще стоял перед ней. Он сжался, втянул голову в плечи, словно ожидал удара. С его куртки, с лица, с ресниц все еще капало. Эмили посмотрела на него и вдруг поняла, что не чувствует вообще ничего. Как будто после известия о смерти мужа что-то умерло и в ней самой.

— Ты видел его? — спросила она, и голос, даже к ее удивлению, прозвучал ровно, как будто они обсуждали хозяйственные дела.

«Не следует ли переподковать Беллу, Билли? Удалось ли объехать Грома? Как копыто Искры?» — точно такие же равнодушные вопросы.

На секунду ей показалось, что это предательство по отношению к мужу. Она сглотнула.

— Ты видел хозяина? — повторила снова

Билли кивнул, не поднимая глаз прежде, чем ответить.

— Видел, миссис. — его голос сорвался, он зачастил, как будто желая оправдаться. — Я поехал по дороге до фермы Холта, как вы велели. Дождь лил, темно было — ничего не видать. А потом на мост выехал. А моста-то и нету, миссис. Перила сломаны, доски... доски торчат. Я спешился, фонарь зажег. Посветил вниз.

Он замолчал, совсем сник. Наверное, он ожидал истерики, что хозяйка сейчас начнет кричать или заламывать руки. Именно этого ей и хотелось больше всего, и именно этого не стоило делать.

— И что ты увидел, когда посмотрел вниз?

На что она надеялась? Что он скажет, что ошибся — что хозяин жив?

— Он там, миссис. На дне. Лежит лицом вверх. Дув на нем, всем телом навалился. — Билли поднял на нее глаза. — Я фонарь поднял, высоко поднял, чтоб лучше светить, и подождал. Он не шевелился, миссис. Совсем.

— Ты спускался к нему? — Эмили подалась вперед, вцепившись в подлокотники. Вот оно! — Ты был рядом с ним?

Билли покачал головой. Его лицо исказилось — то ли от страха, то ли от стыда.

— Нет, миссис. Не спускался, — голос его стал тише, словно он признавался в чем-то постыдном. — Там глубоко, миссис. Очень. Я примерился — не меньше двух человеческих ростов. Склон пологий, но скользкий от дождя, глина как масло, не удержаться. Я бы... я бы не смог выбраться. Я побоялся, миссис. Я... - он всхлипнул, но сдержался, — я подумал, что лучше вернуться, сказать вам.

Он замолчал, опустив голову, и Эмили смотрела на его мокрые волосы, на его сгорбленную спину, на дрожащие руки, сжатые в кулаки, и чувствовала, как та пустота, что овладела ей, отступает, а на смену ей приходит что-то другое.

Цепкое. Отчаянное. Жадное.

Надежда.

Он не спускался. Он не прикасался к Джозефу. Он не проверял пульс, не прикладывал ухо к груди, не звал его по имени. Он просто посветил фонарем сверху, увидел неподвижное тело, придавленное конем, и испугался. Темноты, скользкого склона, глубины. Не решился спуститься в овраг, где, как он думал, лежит мертвый хозяин.

Значит, он не знает.

Он не может знать наверняка.

— Билли, — голос ее, прежде спокойный, вдруг стал вкрадчивым, настойчивым, словно от его ответа сейчас зависело все на свете. Она подалась вперед, и кресло под ней жалобно скрипнуло. — Ты уверен, что он мертв? Ты видел, как он дышит? Ты слышал его?