Книга Наследники для генерала. Захлебнись в моей любви, Дракон!, страница 50 – Милена Вин

Не могла молчать. Даже под давлением собственной гордости.

Плевать на гордость. Плевать на стыд…

Терпеть его дразнящую медлительность не было сил.

— Пожалуйста, господин… Я хочу…

Резко примолкла, когда он снова задвигался — мучительно медленно. Игрался. Изводил. Давая понять, что такое поведение заложено в него природой. Хищник, а я жертва, добровольно отдавшаяся его лапам. Сумасшедшая…

— Продолжай, — потребовал, спустив руку ниже и собрав в кулак край сорочки. — Что может быть проще, чем попросить? — спросил, лукаво улыбнувшись, определенно издеваясь.

Я хмыкнула, позволив губам растянуться в ответной улыбке, и все же закончила, приложив максимум усилий, чтобы не сгореть во время изъявления своего желания:

— Я хочу, чтобы вы проникли в меня.

Слова вылетели стрелой, и я тут же почувствовала, как лицо опалило зверским пламенем. Окончательно добил взгляд вмиг потемневших глаз, выносить который было чрезвычайно сложно. Не выдержала — прикрыла веки. И почти сразу уловила, как он забрался рукой под сорочку и накрыл развилку ног широкой теплой ладонью.

Сдержал обещание в то же мгновение. Длинные пальцы задвигались между влажными складками, быстро и требовательно. Лорд не прятал пылкости, вынуждал вытягиваться, выгибаться в спине, стремиться бедрами навстречу чутким пальцам и громко стонать. Ответом на мои стоны, которые, безусловно, могли быть услышаны любопытными служанками, стало довольное рычание.

Он пытался прятать его в изгибе моей шеи, целуя горящую кожу. И двигался так… так бессовестно быстро и так непозволительно мало.

— Николас… — сорвался до безумия возбужденный шепот.

Я слишком поздно сообразила, что назвала его по имени. Действительно поздно. Это послужило рычагом воздействия, и генерал плавно вошел пальцами внутрь. Я обомлела на несколько секунд, замерла, задержав дыхание, привыкая к новому странному чувству, легкому натяжению и чужим пальцам, скользящим и растягивающим.

Немного вытащил… И вошел резким, безжалостным толчком.

Рвано выдохнув, я приподнялась, жаждая, чтобы это потрясающее, пусть и слегка болезненное, ощущение превратилось в огромное, беспредельное и получило невероятную мощь. Качнула бедрами… И еще раз…

Каждый участок моего тела обрел повышенную чувствительность. Оно пылало. Тянулось к нему, к его руке. Подчинялось и требовало. Я остро ощущала каждый толчок, каждое касание губ к шее и ключицам. Чувствовала смертельный, запретный жар, но ни капельки не боялась его. С готовностью бы нырнула в него, как в родную стихию. И не пожалела бы.

В движениях мужчины не осталось ничего медленного. Он точно знал, что делает, забрасывая в водоворот нарастающего напряжения снова и снова. Доводя до пьяного состояния, но не разрешая оказаться за чертой, постоянно уводя от нее.

— Пожалуйста… — взмолилась, нагло забыв, что после процесса на меня наверняка нахлынет губительный стыд за мои просьбы. Но то будет потом. Сейчас я просто отдавалась моменту. — Ник, это невыносимо…

— Знаю, госпожа, — обжег дыханием кожу и задвигал пальцами быстрее.

Покачивания моих бедер стали беспорядочными и резкими. С губ слетел негромкий вздох, и едва не сорвался второй; но лорд неожиданно приник к устам, предотвращая этот бесстыдный звук. Лишь мычание прорвалось сквозь наш пылкий, страстный поцелуй.