Книга Эффект Врат, страница 88 – Анна Орехова

На визит Николая она отреагировала примерно как розовокожий детектив: смерила ненавидящим взглядом и назвала двуличной сволочью. Но хоть до рукоприкладства дело не дошло. «Ты просто стоял и смотрел, как меня арестовывают!»

Николай вполне резонно заметил, что вообще-то не имел других вариантов. Но девчонка не успокаивалась. Стояла у панорамного окна, скрестив руки на груди, и делала вид, что одна в комнате. «Я хочу помочь», – в сотый раз повторил Николай.

И это было правдой. Увидев планы теракта, якобы найденные на ободе Вилеу, он понял, что и сам играл во всём этом спектакле второстепенную роль.

Нет, планы были реальными, это бесспорно. Вот только позаимствовали их из уже закрытого дела. Группка активистов действительно собиралась устроить теракт в лагере беженцев, но было это два месяца назад, и все подозреваемые давным-давно находились за решёткой. Несложно было догадаться, каким образом эти планы попали на Госку: люди тоже без дела не сидели, Николай не раз сталкивался с соотечественниками в восемнадцатом секторе и прекрасно понимал, что многие из них лишь прикидываются туристами. Но как они загрузили файлы на обод Вилеу? Без помощи госковчан провернуть такое было очень непросто.

Что же касается переписки, обнаруженной на телефоне Алисы, так тут справился бы любой школьник. Николай и сам знал пару-тройку способов сделать подобное тайком, неудивительно, что девчонка ничего не заметила.

А провокационные фото с митинга… что ж, фото были очень даже настоящими. Об их достоверности Николай знал так же хорошо, как и том, что Алиса попала в кадр случайно. Среди митингующих было немало инопланетян, любителей помахать транспарантами за компанию. И как раз одному из них девчонка доставляла посылку. В момент съёмки она разыскивала адресата в толпе. Николай рассудил, что Алисе лучше не знать, кто именно передал эти фото госковчанам.

«План Б, – пояснило начальство. – Постарайся вывести с планеты обоих. Но ради репутации председателя ООН допустимо пожертвовать девчонкой».

Во время заседания саммита Николай описывал круги в коридоре и надеялся, что Серхату удастся сохранить статус неприкосновенности. Надежды не оправдались. Дипломат первым вышел из комнаты, бросил на ходу: «Ты знаешь, что делать» – и удалился. На тот момент Николай не понимал, чем именно фото с митинга могут помочь, да, они выставляли Алису в дурном свете, но не снимали подозрений с председателя ООН. Однако приказ есть приказ, Николай запустил план Б, и фото отправились к госковчанскому следователю Нюрау.

Спустя десять минут стало известно, что Серхат голосовал против разведывательной экспедиции. Следующим сюрпризом явилась новость о новых уликах: файлах на ободе Вилеу и переписке на телефоне Алисы. Николай понял, что большую часть плана Б провернули без него. Но главной неожиданностью стало то, что госковчане и не подумали арестовывать земного дипломата. Это было более чем странно, ведь как ни крути, улики против Алисы не перекрывали главного: ягоды ей передал Серхат.

«Тут как раз всё ясно, – заключила девчонка. – Он выторговал свободу в обмен на голос против разведывательной экспедиции, а меня отдали госковчанам, чтобы общественность не бунтовала. Убийца в клетке – все довольны».

Но Николай придерживался другого мнения. Во-первых, непонятно, зачем госковчанам вынуждать Серхата голосовать против экспедиции. Почему это для них так важно? А во-вторых, несмотря на весомую политическую роль, даже председатель Генеральной Ассамблеи ООН не мог по собственной воле изменить официальную позицию Земли. Судя по всему, у госковчан имелись в запасе козыри посерьезней ягод кирпи…