Книга Няня из черного дома, страница 64 – Вон Чангён

В первую очередь я проверила раны на теле, но потом осознала, что есть проблема и поважнее. Нужно попытаться объяснить это внезапное происшествие, пусть оно и не поддается никакому объяснению. Я абсолютно не понимала, как мне быть с моим нынешним состоянием и этим мальчуганом, и при этом думала только о том, что хочу поскорее сделать ответный ход и отбить его карту своей.

Степень моего раздражения не выразить словами. Я была в шаге от тотального безумия. Слезы так и норовили хлынуть, и вовсе не от боли, а от несправедливости и количества усилий, требуемых для обуздания клокочущего внутри гнева. Этот ребенок всегда такой? Только при родителях добренький? Хотя нет, я эту его «добрую» сторону толком и не видела ни разу. Если уж совсем по-честному, он с самого начала вел себя как полный негодяй. И все же. С какой радости он начал вытворять невесть что, стоило только родителям уехать подальше?

Дверь в подвал была все так же заперта, окно разбито. Я снова залезла ногами на стул, высунула голову в окно и пристально осмотрела округу, после чего с трудом выбралась наружу. Уж не знаю, к счастью ли, но мальчишки и след простыл.

Бледно стелющийся закат лишь сильнее распалил мой гнев. Это сколько ж времени я провела в отключке? Мало того что игрой это даже с натяжкой не назовешь, как он посмел на несколько часов бросить человека без сознания! Одна только мысль об этом выводила меня из себя. Какая разница, ребенок ты или еще кто: что будешь делать, случись какая-нибудь беда?

На этот раз я точно должна что-то сделать. Нельзя просто спускать все на тормозах лишь в угоду его юному возрасту. Гнев накрыл меня с головой вплоть до кончиков волос и отступать так просто не собирался. Простыми словами, следуя зову сердца, мне жутко хотелось связать этого мальчишку и задать ему хорошую трепку.

Тут на глаза мне попалась небольшая земляная горка возле моих ног. Чтоб такой, как он, да могилку для птенца сделал? Да скорее ад замерзнет, смех да и только. В отместку Хёгу я пнула могилку. Вдруг из земли показалось нечто белое – я взглянула всего лишь мельком, но это нечто показалось мне до того странным, что я не верила своим глазам.

Это была частичка разорванного в клочья птенца.

Шея и крылышки были изуродованы настолько, что в них нельзя было угадать их первоначальный вид. Что ни говори, но ребенок в своем уме на такое не способен. Он даже с игрушками так поступать не станет. Даже если игрушка сделана из бумаги. Но это ведь был живой птенец. Зачем кому-то творить такое с уже мертвым существом? А что, если он сделал это, когда птенец был еще жив? Тогда он точно чокнутый.

Стоп, минуточку.

В это мгновение мои подозрения по поводу меня самой негромко, но все же дали о себе знать: а что, если это очередная моя галлюцинация?

Я осмотрелась вокруг в попытке развеять сомнения. Все тот же безлюдный сад, тот же черный каменный забор и то же единственное дерево в углу. Тепло почему-то сюда не проникало. Хозяева говорили, что здесь не требуется отопление, поскольку солнце от рассвета до заката греет своими лучами территорию, и все же я ощущала странную зябкость. И дело было явно не в температуре.

Мой взгляд охватил дом, где сейчас находился Хёгу. И здание внезапно начало казаться мне странным. Хотя, наверное, оно только сейчас предстало передо мной в истинном облике. Только сейчас я осознала всю его несуразность. Стоило лишь разок войти и выйти оттуда.