Книга Детки в клетке, страница 76 – Евгения Кретова

— Я уверена, это она.

Мария Архиповна приказала:

— Алиса, подожди за дверью… А еще лучше, иди на урок.

Когда девочка выходила из кабинета, она услышала:

— Софья Антоновна, к сожалению вынуждена повторить: я не вижу оснований для преследования Осиповой. Кроме вашей уверенности, которая может быть истолкована как предвзятость, предъявить девочке нечего…

— Но это точно она, больше некому…

— И между тем. Если у вас обнаружатся какие-то доказательства, то давайте к этой теме вернемся. А сейчас успокоимся и поработаем. Согласны?

Алиса бежала по коридору, поскальзываясь на поворотах, хватаясь за шершавые углы и хромированные поручни. Сердце стучало так громко, что его должно быть слышно всей школе. В горле застряла обида – Софья ей этого не простит!

* * *

Покинув кабинет директора, Софья Антоновна вышла в холл. Голова гудела от боли, щеки горели – эта паршивка решила выставить ее лгуньей перед директором! И в итоге ее же и отчитали, как школьницу, отправив работать!

— Ну, это мы еще посмотрим…

Ее оглушил звонок на перемену, школьники, будто вырвавшийся из микроволновки попкорн, высыпали из кабинетов и одновременно кричали и бегали, кто-то плакал, кто-то смеялся… Голова шла кругом.

Софья быстро поднялась по лестнице – на верхних этажах было потише, все-таки ребята постарше шумели поменьше, чем младшеклассники. На верхней ступени лестницы ее едва не сбил шестиклассник.

— Богорубов! Осторожнее! – прикрикнула на него Софья, заставив красного и потного пацана прижаться к стене.

Она поднялась на третий этаж, к кабинету иностранного языка. К нему подтягивался ее десятый «А». Найдя взглядом нужную ученицу, она поманила ее пальцем за собой.

Девочка оглянулась на подруг, пожала плечами, но послушно поплелась следом. Софья заглянула в кабинет:

— Ирина Алексеевна, на один урок заберу у вас Самойлову? – спросила у молоденькой учительницы. Софья обернулась к Маше Самойловой: – Иди за мной.

За две недели до смерти Ивана

Нотка смотрела с тревогой.

Алиса сидела с каменным лицом.

Она ворвалась в кабинет со звонком, Нотка понимала – специально, чтобы не разговаривать с ней и не объясняться. Это было немного обидно, Нотка даже решила состроить недовольную гримасу и высказать подруге все. Но что-то заставило ее настороженно наблюдать.

Алиса сидела на одну парту ближе к доске, наискосок через проход, а поэтому Нонна могла видеть только напряженную спину подруги и строгий профиль. Нотку подмывало бросить в подругу записку, она даже оторвала от тетрадного листка уголок и нарисовала посреди него жирный вопросительный знак, скрутила обрывок, но так и не отправила его, сунула в пенал.

Она не слушала объяснение очередного задания, не записывала новую лексику.

— Авакян, ты все знаешь? – «англичанка» оказалась прямо перед ее партой. – Может, тогда расскажешь тему нам? Давай, сделай нам анализ по свежей британской прессе, порадуй нас глубиной своих знаний.

Нотка медленно встала, опустила голову.

— Простите, Марина Игоревна, я задумалась… А лексику я сфотографировала, честное слово. – Она закусила губу, надеясь, что англичанка не заставит включить сотовый, чтобы проверить ее слова.

Марина Игоревна качнула черно-смолистыми кудрями, плотными, будто тельца змей:

— Английский язык на ЕГЭ многих из вас спасет, имейте это в виду: это зеленый свет как на технические специальности, так и в престижные ВУЗы. Не упускайте свой шанс, – напомнила она. – Садись, Нонна, и будь внимательнее.