Книга Детки в клетке, страница 45 – Евгения Кретова

Пашка взял в руки гитару, вышел из кухни, на ходу бросив:

— Хорошо. Зачем я вообще об этом заговорил…

Александра накрыла стол на двоих – муж пока не появился, на телефон не отвечал. Голубцы дымились на большой тарелке, чуть присыпанные зеленым луком и укропом. Под полотенцем заваривался черный краснодарский чай. Александра размышляла о разговоре с сыном.

Сотовый вырвал из задумчивости. Звонил Лисица:

— Телевизор включи, – бросил вместо приветствия.

Александра потянулась за пультом.

— На каком канале?

— Да на любом…

По федеральному каналу шли новости. Показывали ночной город, кадр освещали многочисленные мигалки полицейских машин. Журналистка докладывала:

— Ровно час назад на пересечении улицы Тополиной и Ростовской, на въезде в коттеджный поселок «Лукоморье» был взорван автомобиль главы местного отделения банка «Салют» Андрея Снора. В настоящее время место совершения преступления оцеплено, работаю спецслужбы…

— Ого, – выдохнула Александра, продолжая удерживать мобильный у уха. – Юрий Сергеевич, нам дело отпишут? Или федералы заберут?

— Пока нам. Ну, ясное дело, при участии ФСБ… Выезжай на место, я уже тоже выдвинулся.

— Так точно…

Александра виновато отвернулась от заглянувшего в кухню Пашку.

— Совместный ужин отменяется, у нас банкира убили…

— Тебе обязательно ехать?

Чернова положила сотовый на стол:

— Начальство приказало, а приказы не обсуждаются… Так, Паш, кушай, жди папу, я, вероятно, только завтра вечером до дома доберусь, так что, считай, ты за главного…

Пашка помрачнел. Трогательно взлохматил челку и смешно скривил губы:

— Ну, хотя бы ужин у меня есть.

Чернова заметила, что в уголках сыновьих глаз стало чуть влажно, притянула его к себе и чмокнула в щеку:

— Вот именно, так что не кисни и держи хвост пистолетом.

Она побежала переодеваться в форму.

— Что отцу сказать? – Крикнул ей в спину Пашка. – Придет ведь, ругаться опять будет…

Александра замерла на пороге спальни. Она не знала, что ответить, потому что чувствовала облегчение, что с Иваном они сегодня не увидятся. Но проявить это – это значит сделать больно Пашке. Он и так переживает: чувствует, что у родителей не все гладко. Собравшись с мыслями, обернулась – Пашка смотрел на нее как перепуганный цыпленок, напряженно и как-то даже отчаянно:

— Скажи, что я не приходила…

Сейчас

Когда Андрей Андреевич Осипов выбирался из автомобиля, на улице начался дождь – мелкий, будто бисер, он взвесью кружился вокруг прохожих, смешивался с брызгами из черных луж. Голые деревья, с только-только набухшими почками, отражались в черной воде, умножая черноту и тревожность. Стало зябко. Андрей, отбросив сантименты, нахмурился, удобнее перехватил портфель и свободной рукой приподнял ворот плаща, невольно втянул голову в плечи и ускорил шаг – до здания НИИ Экспериментального программирования оставалось от силы две сотни шагов.

— Андрей Андреевич, – его окликнула Валя, новая секретарша директора НИИ, девушка выскочила из автобуса и, заметив коллегу, притормозила, ожидая, пока Осипов поравняется с ней.

— Доброе утро, Валентина, – Андрей кивнул.

Ему было неловко. Он сам не понимал, от чего. То ли от того, что секретарша Валентина была очень похожа на Надю в молодости, то ли от того, что смотрела на него большими немигающими глазами внимательно и удивленно, будто все время ожидала от него нечто необычного. А у Андрея Осипова этого необычного никак не могло оказаться. Он и сам себя считал совершенно обычным.