Книга Детки в клетке, страница 157 – Евгения Кретова

Сейчас

Суббота выдалась сонная. Позавтракав с Ноткой, отведав жареных пирожков с фасолью и сыром, Алиса засобиралась домой. Мама уже пару раз звонила и просила не надоедать хозяевам. Нотка грызла морковь, наблюдая за сборами подруги:

— Ты вчера поздно пришла.

Алиса смотрела на нее из-под ресниц, пожала плечами:

— Так получилось. Но я ведь предупредила, верно?

— Это-то не вопрос. Просто… – Нотка прищурилась. – Ты странная эти дни. Я беспокоюсь, Алис.

— Нет повода, – Алиса с шумом застегнула «молнию» на рюкзаке и закинула лямку на плечо.

Нотка подскочила – бесшумно, как она обычно это делала – и обхватила подругу со спины за плечи:

— Пообещай, если беда, ты мне скажешь?

— Господи, Нотка, какая беда? Что за патетика, ты опять своих романов начиталась? – ворчала Алиса, но руки подруги не сбрасывала, даже положила свою ладонь поверх замка из Ноткиных пальцев. – Пусти, мать ругать будет и больше к тебе не отпустит.

Слова подействовали магически, Нотка отступила. Алиса повернулась к ней, улыбнулась:

— Какая у меня может быть беда? Унылая обыденность разбавляется грозящими экзаменами, выкрутасами Софьи…

Она еще хотела что-то сказать про родителей, но слова застряли в горле – перед глазами снова встало перепачканное грязью лицо мамы. Нотка – чтоб ее с этой чувствительностью – пожала безвольные холодные, будто у мертвеца, пальцы подруги:

— Просто знай, что ты не одна.

— Я знаю…

Алиса несла в себе это знание до дома – бережно, чтобы не расплескать. Неспеша брела через лужи, смотрелась в их темное отражение, с удивлением обнаруживая, что улыбается. Солнце то пряталось за тучами, то выглядывало, припекая плечи. В куртке стало жарко. Алиса остановилась, чтобы стянуть куртку с плеч. Мимо прошла женщина, рядом с ней на самокате рулил пацан лет четырех:

— Ника, догони! – верещал парень и мчал к переходу. Женщина подхватила сумки, бросилась за ним:

— Митя, стой!

Пацан хохотал и не смотрел вперед. Зеленый свет светофора сменился красным для пешеходов, автомобили тронулись, а пацан отталкивался ногой все сильнее.

У женщины перекосило лицо:

— Митя!

Алиса схватила ручку самоката, жестко остановила. Не рассчитала – субтильный парень рухнул на колени, заорал:

— Ма-ама!

Он тер расшибленные колени, с обидой и злостью поглядывал на Алису, все еще державшую самокат. Она перевела взгляд на мать ребенка:

— Ты с ума сошла, ты его чуть не убила! – орала женщина.

Подхватив пацана на руки, она судорожно ощупывала его, нацеловывая раскрасневшиеся щеки. Хорошее настроение Алисы будто ветром сдуло. Отпустив ручку самоката – тот сразу завалился на бок и рухнул в лужу – фыркнула:

— Лучше за своими детьми смотреть надо, он под машину вообще-то мог попасть.

Мамочка взвилась:

— Хамка! Да как ты смеешь меня учить!

— Да упаси боже… – Алиса шагнула к переходу. – Зря вмешалась, сейчас бы «скорую» ждали и объяснения полиции строчили, почему у вас ребенок без присмотра.

Лицо мамочки покрылось пятнами, рот хватал воздух, будто у той начался сердечный приступ. Алиса поторопилась к переходу, сурово покосившись на пацана – тот улыбался, довольный тем, что нашел сразу несколько болевых точек у матери.

Девушка покачала головой, перешла через дорогу и свернула к своему дому.

За углом она окаменела: Танька болтала с каким-то долговязым парнем с длинными темными волосами, остриженными ровно и будто бы давно не мытыми. Тот стоял, спрятав руки в карманах темного пальто, улыбался. Танька что-то щебетала рядом с ним – Алиса даже не пыталась разобрать, что та болтала – огромное, словно паук чувство опасности, придавило ее к асфальту, выбив из груди воздух.