Книга Детки в клетке, страница 106 – Евгения Кретова

— Советом! – рявкнула Маргарита. – Советы в нашей стране бесплатно раздаются.

— Ай, не смешите, цена советов неудачников сомнительна, – Ирина отмахнулась. Придвинула к себе бокал, прокрутила стройную ножку.

Маргарита слабо улыбалась.

— Вот в чем дело…

Игорь решил взять ситуацию в свои руки:

— Маргарита, Ира. Прошу вас не обострять.

Он встал из-за стола. Прошел к телевизору, убавил звук.

— Да где уж нам, – Маргарита покачала головой, продолжая буравить Ирину взглядом. – Но свое слово я вам сказала: захотят жить у нас, не прогоню. Тарелку супа найду. Вот так.

Ирина вскочила:

— Господи, на что мы надеялись, Игорь? Ты слышишь, что она говорит?!

Ее голос перешел на истеричные интонации, кулаки сжались.

А во дворе, обнявшись, стояли Иван да Марья, а над их головами полыхало небо. Яркие хризантемы расцветали с божественным грохотом, рассыпаясь миллионами горящих искр, поджигая небо. Это был их самый счастливый Новый год. Потому что единственный.

Сейчас

Толя Дементьев, хоть по нему это было и не сказать, был не вчерашним выпускником. Во-первых, после универа он отслужил в армии. Во-вторых, после возвращения из нее, прошел курсы повышения квалификации и отработал шесть месяцев в банке. Бесконечные однотипные договоры, претензии, отписки клиентам – на третий месяц он уже жалел, что выбрал профессию юриста, посчитав, что вся она состоит из этой рутины и скуки, на четвертый был готов взвыть, а на пятый накосячил так, что его решили уволить.

Заступился начальник отдела, ласково предложил уволиться по собственному желанию и пообещал, что следующему работодателю никаких компрометирующих сведений не сообщит. Соврал, конечно. Анатолий начал это подозревать на третьем проваленном собеседовании. Потом уже его институтская подруга, работавшая в кадрах крупной энергетической компании, набрала номер бывшего начальника и на громкой связи дала Анатолию послушать все, что тот про него рассказывал.

— Козел! – рявкнул Толя в трубку, не выдержав.

Процентов тридцать из сказанного было правдой, остальное – наглой и коварной ложью. Анатолий, с детства страдающий от болезненного чувства справедливости, долго мучился, строил планы мести, но вскоре решился, выбросил «испорченную» трудовую книжку и начал свою карьеру заново.

Несправедливость, случившаяся с ним, заставила его заново взглянуть на свою профессию, а совет той самой однокурсницы помог сделать окончательный выбор – Толя подал документы в полицию. Здесь за него сыграл диплом юрфака с «отличием», значки ГТО, разряд по самбо и срочная служба в армии.

Так что таким уж «желторотиком», каким он представлялся Наумову, Толя Дементьев не был. А потому, облажавшись с первым же серьезным заданием, он с азартом принялся исправлять «косяк». Довольно быстро выделил те квартиры, жильцы которых не были опрошены участковым и районной полицией, и даже успел свериться с поэтажным планом и подчеркнуть те квартиры, окна которых выходили на нужную парковку и дорожку парка.

Вполне довольный собой, он отложил домовую книгу и разукрашенный текстовыделителями список квартир, открыл ноутбук и нашел группу «Ромашка». Он уже слышал, как Наумов идет по коридору, на ходу разговаривая с кем-то по мобильному:

— Я тебе говорю, ты меня слышишь или нет? Я как мог отбивался, но полкан решил так… Если хочешь, набери ему и скажи, что так, мол и так, выйти из отпуска отказываюсь. На Трудовой кодекс, да, тоже сошлись, чтобы смерть твоя была сладкой!.. Все, давай…