Книга Прямо в сердце, страница 77 – Салма Кальк

— Кажется, генерал не понял, с кем связался. Попытался, - хмыкнул Дени.

— Увидим, - улыбнулась Жанетта. – Но ты помнишь, что обещал мне жениться? Найди свою красавицу, и пусть она станет совсем твоей. А если не робкого десятка – то и дом сможешь спокойно на неё оставлять, когда отправишься в поход.

Дени был бы очень рад найти свою красавицу, потому что очень уж о многом хотелось ей рассказать. И спросить, и обсудить.

Но красавица не отзывалась.

* * *

А Изабель в тот момент даже и не думала ни о Дени, ни о каких личных делах. Потому что навалились совсем другие сложности.

В провинции снова сменилась власть, и представители Совета пятисот и посланцы Директории желали знать, кто здесь проживает, чем занят и какие деньги можно получить с этих людей. Порядка стало немного больше, местные разбойники попритихли. Правда, они и раньше не очень-то отваживались совать свои носы в лес и в хижину господина Туше, а сейчас и вовсе как отшептало.

Но зато стали наведываться те самые посланники новой власти.

А кто таковы? А что вы все здесь делаете? А почему вас так много в здешней глуши? А почему столько женщин – куда дели мужчин? Поумирали мужчины, а это всё – честные вдовы, да неужели? А что у вас в кладовых, нет ли лишних запасов? Лесник явно живёт охотой, значит и мясо должно быть, и рыба, и что там ещё, говорите?

Отваживать всех этих людей было непросто, потому что – напористые, горластые, те, кто не успел разжиться имуществом казнённых дворян и магов, и теперь пытался добрать то, что только можно. Деньги, добытые Изабель в схватке с Вепрем и потом с его товарищами, разошлись на взятки, официальные поборы и закупки необходимого только так, никакого запаса сделать не получилось. Но ничего, пока есть в мире нежить – не переведётся и работа для некроманта. А она – сильный некромант.

Может быть, и вправду, не самый умелый, но это ж дело наживное! Больше практики, как говорил братьям в далёком и уже подзабытом доме господин Герберт. Дом оставался всё дальше, становился подёрнутым дымкой воспоминанием. Было, да. Но очень давно. Сейчас всё иначе.

Ближе к осени стало больше нежити, и её нередко звали, чтобы управилась. А она что – она маг, придёт и развоплотит. И денежку попросить не постесняется, у неё полный дом людей, о которых нужно заботиться.

И когда Черити вновь примется ворчать, что, мол, миледи совсем опростилась, скоро разучится мыть руки и расчёсывать волосы, и никогда не найдёт себе достойного мужа, Изабель уже даже и не злилась и не огорчалась. Хочет Черити придумать себе какую-то невероятную хорошую жизнь, в которой она – камеристка миледи, и повелевает другими слугами – ну, пусть. Изабель давно уже перестала придумывать и загадывать, жила здесь и сейчас. Дожили до вечера – замечательно, проснулись утром – и того лучше, есть еда и нет непрошенных претендентов на ту еду – вовсе отлично.

Поэтому какой тут муж? Да и кто отважится взять в жёны некроманта?

Правда, в ответ на эти мысли тут же возникало откуда-то из глубинных залежей памяти: другой маг. Некромант, или даже не некромант.

Но некроманты ей не нужны, они живут где-то там, в своём Зелёном замке, и пускай живут. А тот, что не был некромантом, но сумел показать ей что-то, чего она раньше не знала… он не отзывался.