Книга Жизнь на двоих, страница 48 – Аннa Шнайдер

— Папа… – просипела Агата, пытаясь открыть слезящиеся глаза.

— Не волнуйся, моя радость, – сказал Арен тепло и спокойно, как никогда жалея сейчас, что не может обнять свою девочку. – Побудь пока с Вано, а потом и я приду.

— Софи… – Агата пыталась рассмотреть, что творится вокруг, морщилась – глаза открыть не получалось, а Вагариус в это время заворачивал наследницу в халат.

— Мы постараемся ее вернуть. Будь умницей, слушайся Вано и докторов.

— Да… папа…

— Айл Вагариус, уносите, – произнесла Эн немного нервно. Арен посмотрел ей в лицо – она вновь была очень бледной, даже слегка зеленоватой, будто ее тошнило.

Вано с Агатой на руках вышел из палаты, и на пару секунд в помещении повисла такая тишина, что треск жуткого аппарата с металлическими переключателями показался Арену оглушительным.

— Ваше величество… – Эн кашлянула. Она явно изо всех сил пыталась справиться с голосом, который дрожал и рвался, словно слишком сильно натянутая струна. – Вы все-таки хотите попробовать?

— Да, Эн, – ответил Арен со спокойной твердостью. – И, Защитника ради, не тяните.

Она кивнула, отворачиваясь, и пошла к столу, где главный врач уже открывал небольшой медицинский чемодан и доставал оттуда шприц и ампулу.

— Это катализатор сознания, – сказал Валлиус, набирая в шприц мутно-зеленую жидкость. – Чтобы вы его ни в коем случае не потеряли. Вы, в отличие от Агаты, находитесь не в коме и, если отключитесь, контур выпустите. А отключиться вы можете – это нормальная реакция организма на боль. – Врач подошел ближе и, быстро найдя вену на руке императора, ввел препарат, а затем, вынув иглу, залечил ранку магией.

— Окружающее стало ярче, – заметил Арен, оглядываясь. – И как будто светлее.

— Так действует катализатор, – подтвердила Эн, подходя ближе, а Брайон, наоборот, отошел к аппарату. – Сейчас начнем. Только вам лучше лечь на койку, сидеть будет сложнее. Ложитесь вот сюда, рядом со щитом, можно на бок, лицом к контуру Софии и ко мне. Я рядом, буду следить за вашим состоянием. Если вам покажется, что вы не выдерживаете и слишком больно, скажете «стоп», и мы сразу прекратим… процедуру.

— Хорошо. – Арен медленно и аккуратно лег на койку боком, продолжая сжимать в кулаках контур Софии.

— Вам удобно? Нужно лечь как можно удобнее, так легче держать.

— Удобно, не волнуйся.

Не волноваться Эн явно не могла – она кусала и облизывала сухие губы, сглатывала, и глаза ее постоянно бегали туда-сюда, словно девушка проверяла, все ли они сделали правильно.

— Я включу первый уровень тока на счет «три», – произнес Валлиус, щелкнув одним из переключателей, отчего аппарат загудел. – Всего этих уровней десять. Естественно, с первым ничего не получится, в лучшем случае – с девятым-десятым. Но сразу включать высокий уровень нельзя, иначе риск потери сознания возрастет, несмотря на катализатор. Все, готово. Ваше величество?

— Я тоже готов, – подтвердил Арен, глубоко вздыхая, словно в последний раз. Нервничал он не из-за себя, боль его не волновала. Он переживал только за Софию. Смогут ли они вернуть ее?

Только бы получилось.

— Раз… два… три…

Щелчок. И через датчики, закрепленные на императоре, в его тело полилась боль. Она ощущалась, как легкое напряжение в венах и артериях – их словно чуть натянули, и не зря он сделал глубокий вдох – дышать теперь оказалось тяжеловато.