Книга Тень императрицы, страница 93 – Аннa Шнайдер

— Её величество меня ждёт, — сказал Гай кратко, и Кирстен, кивнув, ответил:

— Сейчас узнаем.

Стучаться он не стал — приподнял руку и принялся набирать что-то на браслете связи. Заметил любопытный взгляд Гая, усмехнулся и пояснил:

— По вечерам мы не заходим в покои, если вопрос не срочный. Её величество ведь не обязана круглосуточно сидеть в платье и при полном параде. Так что по регламенту после восьми вечера всё спрашиваем через браслет.

В этот момент артефакт на запястье Кирстена завибрировал, и охранник, подняв глаза на Гая, кивнул:

— Всё, заходи.

Он опустил руку и открыл перед ним двери, за которыми виднелась гостиная покоев императрицы. При этом на лице Кирстена, как и остальных охранников, вновь не возникло ни малейшего удивления, что императрица разрешила Гаю войти в свои комнаты около одиннадцати часов вечера.

Интересно, они настолько не подозревают Викторию, считая её неспособной на измену императору, или дело в чём-то ином? Может, таков дворцовый регламент — ни во что не лезть и ничему не удивляться? Гаю было сложно судить, но, так или иначе, он был рад, что сплетен пока вроде бы не предвидится.

Ему в своё время хватило коллег, которые все без исключения были в курсе похождений Амиры. Кто-то его жалел, кто-то злорадствовал, кто-то ехидничал — неприятно было и то, и другое, и третье. Конечно, императрица — не рядовой сотрудник Института артефакторики, но и дворец — не то же самое, что институт, людей тут намного больше, а на каждый роток не накинешь платок. Хотя…

Гай вспомнил ледяной взгляд императора и непроизвольно хмыкнул.

Этот, пожалуй, сможет заткнуть кого угодно.

К удивлению Гая, в гостиной покоев императрицы кроме самой Виктории оказалась ещё и София. Сидела за столом в кресле напротив её величества и спокойно пила чай, а увидев Гая, приветливо улыбнулась.

— Добрый вечер, — поздоровалась девушка, поставив на стол чашку, в которой чая оставалось на самом донышке. — Я, пожалуй, пойду.

— Конечно, иди, — кивнула Виктория, не глядя на Гая, и София, пройдя мимо, бодро шагнула в огонь. Пламя затрещало, заискрило, даже словно заворчало, будто живое, — а потом успокоилось. Видимо, София перенеслась к себе. Или она переносилась сразу в комнаты императора?

— Разрешите сесть, ваше величество? — спросил Гай, стоя в шаге от кресла, в котором сидела Виктория, по-прежнему не обращавшая на него внимания — она смотрела на огненные розы.

— Садитесь, — сказала императрица с прохладцей в голосе, и Гаю стало весело — по-видимому, она решила отгородиться от него подобным невозмутимым поведением. Ладно, посмотрим, насколько её хватит. Он уже успел понять, что Виктория — личность темпераментная. Неясно, зачем императору при такой жене простоватая, пусть и искренняя София, но кто знает этих величеств?

— Угадайте, где я ужинал сегодня вечером, — слегка поддразнил Гай Викторию, опускаясь в кресло, в котором недавно сидела София. Запасных чашек на столе не было, поэтому Гай быстро очистил чашку Софии магией и налил себе чаю, игнорируя полный изумления взгляд Виктории.

— Ваша бесцеремонность не знает границ, — пробормотала императрица, и Гай хмыкнул.

— Ладно вам, ваше величество. Зачем спрашивать то, что и так понятно? Вы могли быть против того, чтобы я сел с вами за один столик, но раз вы не против, то вряд ли не разрешите мне выпить немного чаю. Впрочем, если вы возражаете, я не стану пить.