Книга Иномирная акушерка ее величества, страница 134 – Юлия Зимина

Мы поднялись по ступеням. Тяжелая дверь открылась еще до того, как Ксандр успел постучать.

На пороге стоял Диас.

Молодой, щуплый, в смятой, не заправленной рубахе. Темные волосы прилипли к мокрому от пота лбу, а в покрасневших глазах плескалось такое отчаяние, что у меня внутри всё перевернулось.

Увидев нас, он на секунду замер. А потом его губы дрогнули.

— Командир… — хрипло выдохнул он и перевел затравленный взгляд на меня. — А вы…

— Мы помочь пришли, — кивнул Ксандр. — Если позволишь, конечно…

* Елизавета/ Нерия *

Мы с Ксандром стояли на пороге дома и смотрели на измученного, осунувшегося Диаса.

— Даже не знаю… — мотнул он головой, устало прикрывая лицо ладонью, — чем вы тут сможете помочь…

— На самом деле, можем, — решительно кивнула я.

В груди у меня кипел котел эмоций. Сердце колотилось так, что отдавалось в висках, а руки слегка подрагивали — пришлось незаметно сжать их в кулаки, чтобы скрыть это от убитого горем мужчины. Профессиональная маска, выработанная десятилетиями, к счастью, никуда не делась. Лицо оставалось спокойным и собранным, хотя внутри дрожала каждая клеточка.

Диас перевел растерянный взгляд с меня на Ксандра.

— Она может помочь, — твердо произнес командир.

— Но данный способ опасен, — тут же поспешила добавить я, не давая парню окунуться в ложную надежду. — Ребенка спасти удастся практически точно, но вот за супругу… гарантий я дать не могу.

Диас шумно втянул носом воздух. И в этот самый момент из-за его спины донесся пронзительный женский крик, а следом — приглушенный голос повитухи, монотонно уговаривающей: «Тужься, милая, тужься… ну еще разочек…» На что роженица отвечала надрывным, едва слышным хрипом:

— Больно… Мне так больно…

Руки Диаса задрожали. Он снова посмотрел на Ксандра, затем на меня. В покрасневших глазах металась паника.

— Есть шанс, что Оленсия выживет? — хрипло выдавил он.

— Есть, — кивнула я. — И шанс велик. Но я обязана предупредить о рисках.

Я говорила и понимала, как сильно пугаю и без того раздавленного мужчину. Но умалчивать о таком нельзя.

Снова крик. Чуть слабее. И от этого еще страшнее.

Ксандр стоял рядом со мной молча. Он не пытался ничего объяснять, не вмешивался. Командир прекрасно понимал, что сейчас здесь главная — я, а он лишь моя надежная опора. И за это я была ему благодарна до глубины души.

— Что… — прошептал Диас, и его глаза заблестели от подступивших слез. — Что вы будете с ней делать?

— Простите, — мягко мотнула я головой, — но я не могу сказать. Это… тайный метод.

Диас долгое мгновение стоял неподвижно, словно решение могло раздавить его прямо здесь, на пороге собственного дома. А потом тяжело, словно через силу, отступил в сторону.

— Проходите. Прошу…

Дом оказался простым, но очень уютным. Видно было, что в нем царит любовь: на стенах тканые ковры, в углу лавка с подушками, на грубо сколоченном столе букетик полевых цветов в глиняном кувшине. Всё то, что молодая жена бережно собирала в свое гнездо…

Я не позволила себе расчувствоваться. Ускорив шаг, направилась в указанную комнату.

Спальня встретила меня тяжелым, густым воздухом, в котором смешались запахи пота, крови, жженых трав и страха. У изголовья кровати стояла повитуха — пожилая женщина с печальным, обреченным лицом. На скомканных, влажных простынях металась Оленсия.