Книга Принц в Бомбее, страница 139 – Суджата Масси

— Что-то ты сегодня молчаливая, – заметил Джамшеджи. – Что читаешь?

— Журнал, который издают в колледже, называется «Вудбернианец». Элис взяла его для меня в библиотеке.

Джамшеджи нагнулся поближе:

— А Динеш Апте есть на этой фотографии?

Первин указала:

— Вот он, Динеш.

— Радикал один из самых малорослых. Типичная история! – заметил Джамшеджи.

— Только не говори, что эта закономерность доказана научно.

— Мужчины, обиженные ростом, устремляются в общественную жизнь, чтобы придать себе веса. И порой вырастают в нечто совершенно неудобоваримое.

— А что ты можешь в этом смысле сказать о себе? – поддразнила отца Первин.

— Во мне метр семьдесят, то есть я среднего роста среди своих соотечественников. Я не представляю собой угрозы, умалить меня тоже трудно. Очень удобное положение. – Джамшеджи постучал пальцем по журналу и добавил: – Довольно читать глупости. Я должен подготовить тебя к предстоящему дню. Только сегодня город, по сути, возвращается к нормальной жизни после беспорядков; полагаю, к нам наведаются многие бизнесмены, которые захотят найти виновников своих убытков. Наша задача – выяснить, у кого из этих искателей виноватых есть к тому доказательные основания. Судьи не захотят попусту тратить время.

— Я это учту. До половины третьего я ничем особо не занята, могу принимать клиентов. В три у меня встреча с попечителями Азиатского общества – я помогаю им готовить документацию для будущего вице-президента и других новых сотрудников.

— Азиатский клуб – один из наших лучших клиентов, – кивнул Джамшеджи. – Разумеется, поезжай туда. Вряд ли встреча займет больше часа.

Предсказание Джамшеджи, что утро их ждет насыщенное, оказалось совершенно верным. Очередь – в ней стояли люди и знакомые, и незнакомые – начиналась на Брюс-стрит и тянулась до ступеней перед портиком и входной дверью.

Первин никогда еще не видела такого столпотворения перед Мистри-хаусом. Когда они с Джамшеджи вышли из машины и попытались подняться ко входу, кто-то крикнул:

— А ну встали в очередь вместе со всеми!

— Доброе утро, джентльмены. Это наша контора! – Первин подняла повыше коробку с ленчем – никто, кроме владельцев, не стал бы приносить в Мистри-хаус еду. – Пропустите нас, пожалуйста, внутрь, мы откроемся и начнем прием!

— Доброе утро! – Джамшеджи приветливо улыбнулся всей очереди. – Сейчас, только заполним авторучки чернилами и подготовим бумагу для договоров!

Они поднялись к двери – Мустафа поспешно ее им открыл.

— Ну и день, ну день, – покачал головой Джамшеджи, передавая Мустафе свою фету. Первин посмотрела в дальнюю часть коридора и увидела в открытых дверях гостиной двух богато одетых дам.

— Некоторые уже здесь. – Она вопросительно посмотрела на Мустафу, а тот поманил их в столовую.

— К вам столько сегодня народу пришло. Внутрь я впустил только дам – побоялся, что они не захотят стоять наравне с простолюдинами. В большинстве своем это матери тех, кто оказался в тюрьме.

— Они, видимо, очень переживают. Пожалуйста, займись ими прямо сейчас, – обратился Джамшеджи к дочери. – А вы, Мустафа, организуйте на сегодня нескольких рассыльных. Нам нужно будет забронировать время у барристеров-защитников, пока их всех не разобрали.

— Конечно, сагиб. Все сделаю. – Мустафа открыл дверь столовой и шагнул наружу.