Книга Искусство темной материи или укрощение адептов, страница 83 – Кристина Римшайте

— Не искушай меня, — хрипло, почти умоляя, прошептал Дарк и прислонился своей щекой к моему лицу.

— Эх, такой момент испортил, — притворно вздохнула и открыто ему улыбнулась, намекая, что пора вставать.

Парень понял меня без слов и помог подняться.

— Пойдём покажу тебе золотых рыб.

Мы прошли вдоль берега, держась за руки, и вышли к тихой заводи: туда, где не бурлила река, а возле берега грелись мальки.

— Я в детстве много играл здесь. Ловил рыбу тулью, вместо сети, — усмехнулся Ланэр и выпустил мою руку. — Хочу снять обувь, чтобы походить по воде, — пояснил он и сел на камень. Я последовала его примеру. Парень одобрительно хмыкнул.

Вода приятно холодила кожу. Я шевелила пальцами и разглядывала цветные камушки на песчаном дне. Понимаю, почему Ланэру нравилось тут в детстве. Тихо. Уютно. Спокойно.

— Смотри! Вон там! — шепотом воскликнул Дарк, показывая мне замершую стайку рыб, ближе к камням.

— Здесь водятся раки, — с важным видом произнёс он. А я залюбовалась его волосами, что переливались на солнце и напоминали топлённый, молочный шоколад.

— Верю тебе на слово, — произнесла я и наклонилась, что бы поднять зелёный камушек.

— Это стекло от бутылки. Видишь, какие ровные края. Со временем река делает свою огранку. Я очень любил находить именно такие стёкла, похожие на камни. Помню, у меня была целая банка, — Ланэр забрал из моих рук стеклышко и поднёс его на свет.

Я залюбовалась, думая, каким было бы моё детство, родись я не дроу? Любила бы я так же собирать стёклышки или что-то другое? Может, я полюбила бы рыбалку?

— Дарк, — тихо позвала я. Парень отвлёкся и повернулся ко мне. — Во что играют девочки в детстве?

Ланэр добродушно улыбнулся, взял меня за руку и повёл вдоль берега.

— Они очень важные, — с энтузиазмом начал он.

— Кто? — удивилась я.

— Девочки, конечно! — Ланэр усмехнулся, поцеловал меня в висок и продолжил. — Все девочки, когда они ещё девочки, — очень важные. С малых лет они уже леди. Хозяйки. Они играют в принцесс, ещё в кукол. У каждой девочки есть своя любимая кукла. Иногда девочки играют в поваров и кормят мальчиков земляными тортами, украшенные травой.

Я задумалась, представляя себя на месте этих девочек. Честно, вышло с трудом. Мне сразу представляется в руках деревянный меч, вот я несусь за каким-нибудь мальчишкой, что по игре — злое чудовище, и на полном «скаку», а «скаку» я на палке от швабры, и сношу чудовищу голову. Потом меня восхваляют, качают на руках, и мальчики дарят цветы. Бр-р-р…

— Знаешь, я не смогла бы стать обычной девочкой, — заключила я.

— Представила себе эту картину? — хитро спросил Дарк.

— Ага. Это ужасно.

— А я думаю, тебе пошли бы бантики и платье с рюшами. — Глаза Ланэра бессовестно смеялись, и я поняла, что он просто забавляется. Ничего не ответила, только пафосно закатила глаза.

— А ты дружил с девочками?

— С маленькими или с взрослыми? — ехидно спросил этот нахал.

— С маленькими, конечно. Твоя дружба с взрослыми девочками меня меньше всего интересует, — парировала я и подняла ещё один камушек. Так, разговаривая, мы стали собирать красивые на наш взгляд камни.

— И правильно, — согласился Ланэр и протянул мне камень, похожий на птичье яйцо: такой белый и в крапинку. — С большими девочками вожу иного рода дружбу.