Книга Это война, братишка, страница 53 – Кристина Римшайте

Макс вопросительно вздёрнул бровь, его взгляд рассеянно блуждал по моему лицу и остановился на моих губах.

— Да, хорошо, – он моргнул и отвернулся. – Какой фильм?

— Может, «Великий Гэтсби»?

— Вы снова говорите на этом каркающем языке? – спросил Мич, вернувшись из комнаты.

Мы переглянулись и усмехнулись.

— Так точно, сэр! – отрапортовал Макс. – Пошёл включать. Жду тебя, – тихо и на русском произнёс он. Звучало слишком эротично, хотя вроде простые слова… Быстро уткнулась в тарелки, отгоняя прочь ненужные мысли.

* * *

Фильм мы смотрели увлечённо, только пару раз обменявшись репликами опять же касательно фильма. Обнаружила, что смотреть телек с братом совсем не напрягает, а наоборот, расслабляет. Мы словно на одной волне. Эти волны даже Мич чувствует: посмотрит на нас, вздохнёт, словно мы тяжело больные, и уйдёт к себе, ухмыляясь.

Закончив просмотр, я пошла к себе, сославшись на учёбу. Открыла ноут и, правда, немного позанималась: почитала научные статьи о выборе профессии, что наш куратор скинула в твиттере, и, написав матери сообщение, пошла «по своим делам».

— Я ушла, – крикнула из коридора и достала скейт.

Макс выглянул из комнаты.

— Надолго? К шести чтобы дома была, и не гоняй там, – заботливо произнёс братишка. Удивлённо вскинула бровь. – Ну, всё, давай-давай, иди, куда шла, – Макс махнул мне и скрылся.

Пожала плечами и вышла на улицу. Я направлялась в салон, надеясь, что Ирма и Эдуардо не выгонят меня. По пути купила тортик и зарулила в «Лотос».

— Привет! – с порога набросилась на меня Вики. Латиночка, гибкая, словно тростиночка, выплыла мне на встречу и приобняла. – За прической?

— Почти, – уклончиво ответила. – А где Ирма?

— О, она в зале, постоянного клиента стрижёт.

— Птичка, дорогая! Каким ветром тебя занесло? – из-за занавески показался Эдуардо. – Я вышел на твой зовущий акцент, – улыбнулся мужчина. Ух! Не будь он геем… может, сказать ему, что я гей? Я ведь мальчиков люблю, очень люблю!

— Пришла к вам по одному секретному и очень важному делу. Можно обсудить за чашкой чая, – красноречиво приподняла тортик.

— Оу-у… – Эдуардо воровато огляделся и распахнул занавеску. – Залетай, птичка. Попробуем решить твою проблему.

Я улыбнулась и поспешила. Меня провели в маленькое подсобное помещение, в котором было ну очень большое зеркало с трюмо, и усадили за столик. Окон здесь не было.

Эдуардо хозяйственно забрал тортик и достал чашки. Только сейчас обнаружила маленький эклектический чайник и полку с заварками и банкой кофе.

— Рассказывай, – велел парикмахер, опуская пакетик в кипяток.

— Да что рассказывать. Хочу своего братишку… удивить. Мне нужно эффектное появление, чтобы сразить его в самую голову. Я имела в виду сердце, конечно.

— Насколько эффектное? – профессионально уточнил мужчина, разрезая тортик.

— Чтобы прямо ух-х… ба-бах… и пуф-ф-ф… – показала руками «ядерный гриб», чем рассмешила бедного Эдуардо.

— А ты, птичка, с приветом, я смотрю, – беззлобно заметил мужчина. Я усмехнулась.

— В точку. – Пододвинула к себе блюдце и взяла ложку. – Только чтобы потом отмыться могла. И мне не надо, чтобы он голову потерял при виде меня. Типа «вау, какая красотка», а наоборот.

— Любишь ты своего брата, – мужчина покачал головой и сел напротив.

— Вы когда-нибудь просыпались по утрам Чарли Чаплином?