Книга Это война, братишка, страница 35 – Кристина Римшайте

— Вряд ли, – покачала головой и зажмурилась от удовольствия. Мне бы так жить!

— Давай поспорим, что смотрю, – внезапно предложил братец. Отложила приборы и серьёзно заглянула в его хитрые зелёные глаза, в которые не стоит долго смотреть. Можно утонуть.

— Зачем мне с тобой спорить? – не поняла я. Макс на секунду растерялся, но быстро нашёлся.

— Ради эксперимента. Я смотрю то, что выбираешь ты, до самого конца и не ною, а ты исполняешь моё желание.

Я хмыкнула. Чувство, что меня разводят.

— А если не смотришь или я узнаю, что ты терпел, и такие фильмы вообще не переносишь, то ты исполняешь моё?

— Идёт, – согласился Макс и протянул руку.

— Бред какой-то, – покачала головой, но руку пожала. Интересно же, чего он там загадал. – Может, лучше ты сразу побреешь ноги, и разойдемся на этом?

Мич прыснул со смеху и закашлялся.

— Я знал, что ты больная, – хохотнул братик и поднялся. Я продолжила есть, размышляя: на что же я подписалась?

Мясо закончилось, а праздник не заканчивался. Передо мной опустилась тарелка с куском ещё горячего штруделя в сахарной пудре и шариком мороженого.

— Спасибо, Господи, – воздела руки к небу. – Спасибо, что наградил моего брата мозгами!

Мне прилетела лёгкая затрещина: я усмехнулась. Мич с интересом наблюдал за нами.

Мне стало даже страшно: может, Макс мысли читает или следит за мной?

— Ты ешь сладкое? – спросил Мич.

— С удовольствием, – произнесла, запихав большой кусок пирога в рот. – Ум-м-м, это нечто! Кто не любит, тот многое потерял. Это же калории, углеводы и сахарный диабет. Как такое не любить?

Мич завалился на стол, безудержно смеясь. Макс по-отечески смотрел, как я поглощаю десерт.

— Я закажу пиццу, – Макс поднялся и сам убрал со стола. Мне стало совестно.

— Оставь посуду, я помою, – потянулась забрать тарелку: наши пальцы соприкоснулись, и рука предательски дрогнула. Раздался треск разбившегося фарфора.

— На счастье, – произнес Макс, глядя мне в глаза.

— Может, просто косорукость? – невинно поинтересовалась, скрывая нервную дрожь. Сердце гулко билось в груди, мешая нормально дышать.

— Мой уже, чудо! – Макс усмехнулся и пошёл в комнату. Так, лучше действительно сосредоточиться на тарелках, пока всё на счастье не разбила.

Через два часа меня позвали на киносеанс. К счастью, я успела подготовить всё по учебе, которая начнётся с понедельника, и позвонила маме.

В зале, на кофейном черном столике, в коробке лежала огромная пицца с беконом и салями, в высокие стаканы налита кола. Макс с довольным лицом сидел на диване с пультом в руках. Мич сел на подлокотник, на его лице застыл ленивый интерес. Кажется, ему не терпелось посмотреть, чем закончится наш спор, и свалить куда подальше.

— Мадмуазель, – брат поднялся и склонился в величественном поклоне. Хмыкнула, но ответила книксеном. – Прошу. Выбирайте, – Макс включил телек и вышел в интернет, чтобы я могла выбрать любой фильм.

Долго думать не пришлось, и я набрала «Поющие в терновнике», сериал по роману австралийской писательницы Колин Маккалоу, а вообще – это семейная сага. История о судьбе Мэгги Клири, самоотверженно влюблённой в духовного отца.

Повернулась к ребятам и обомлела, довольная улыбка медленно сползла к ногам беззвучно ржущего Макса. Мич в ужасе смотрел на экран, и вид у него прежалкий.