Книга Это война, братишка, страница 104 – Кристина Римшайте

— Надень платье. Белое с чёрными вставками, что мы сегодня купили, и плетёные босоножки.

— С каких пор ты стал давать советы относительно моды?

Макс усмехнулся и хитро прищурился.

— С тех самых, когда у меня появилась девушка с отсутствием вкуса.

— Что? – я думала, моя челюсть точно отвалится. Вот это заявление!

Макс рассмеялся.

— Да шучу я! Шучу. Просто захотелось увидеть тебя именно в этом платье. Мне нравится на тебя смотреть. Ты очень красивая.

Признание вкупе с комплиментом сделали из меня варёного рака.

— Поверить не могу, что ты ни с кем не встречалась, – произнёс брат, утягивая меня к себе на колени. Уткнулся подбородком в плечо и глубоко вздохнул.

— У меня были ухажёры, но я как-то не задумывалась. Ты же помнишь, я не вылезала из учебников, а последний год был выпускным, к тому же вечные курсы английского, олимпиады и прочее. Времени едва хватало на отдых и общение с Дашей. Иногда получалось ходить в парк с Киром…

— Кто такой Кир? – подозрительно спокойно спросил Макс, но руки на моей талии напряглись. Я не стала уличать его, хотя мне приятно, что он ревнует.

— Кирилл – мой товарищ и Дашин брат. Ты его помнишь, темноволосый парнишка с веснушками.

Макс нахмурился.

— Мне казалось, он в тебя влюблён. Прости, но он вечно за тобой таскался и всегда мило улыбался, – Макс так по-детски скривился, что я не удержалась и усмехнулась.

— Не знаю, – пожала плечами. – Он никогда не говорил, я не спрашивала. Да и какое это вообще имеет значение? Он там, я здесь. Сижу у тебя на руках и таю в твоём присутствии. Разве этого не достаточно?

— Более чем, – Макс потянулся и поцеловал меня. Я развернулась, оседлав его в моём кресле, и зарылась пальцами в мягкие волосы.

— Максим? – раздался громкий голос Олега. Мы оторвались и на секунду замерли. Мои глаза, я уверена, напоминают глаза загнанного в угол кролика.

Брат среагировал мгновенно: меня пересадил на кровать, сам схватил первую попавшуюся книгу, принял непринуждённый вид и заговорил как раз в тот момент, когда распахнулась дверь.

— А я говорю, что Эдисон круче Тесла, а твой Байрон писал слезливую чепуху, чтобы подкатывать к застенчивым девчонкам того времени.

Удивлённо моргнула, и совсем не потому, какой Макс потрясающий актёр, а потому что он упомянул Байрона и чепуху в одном предложении.

Набрала побольше воздуха и выдала:

— Политическое вольномыслие Байрона и свобода его религиозных и нравственных воззрений вызвали против него настоящее гонение всего английского общества. Байрон великий! И только из-за неудачного брака его заклеймили как неслыханного грешника.

Олег вежливо кашлянул. Мы перевели на него свои невинные очи.

— Рад, что вы обсуждаете классику, а не обдумываете план по завоеванию и порабощению мира.

— Мы этим занимались пять минут назад, – с важным видом сообщил Макс. Это он про наши поцелуи. Ага-ага, хороший план.

— Ты мне нужен. Поможешь приготовить ужин, пока Камила занимается своими делами и готовится к походу в кино.

— Есть, мой генерал! – Макс подскакивает и шуточно отдаёт честь.

Дверь закрывается, а я падаю на кровать, раскинув руки.

— Чуть не спалились. Какой кошмар…

Глава двадцать вторая

Камила

К моему глубокому сожалению, Олег, оказывается, знаком с Мичем и не оторвал Максу голову, когда парень явился домой поздним вечером. Почти ночью. Это немного омрачило настроение после просмотра фильма. Средненького, на мой скромный взгляд.