Книга Проект Алиса Громова, страница 39 – Алёна Май

— Дома возникли некоторые трудности.

— С девчонкой своей поругался что ли? Все время на телефон отвлекаешься.

И почему сразу именно эта причина? У него что, не мог случиться потоп там или пожар? Почему, если проблемы, то виновата девушка? Хоть режиссер и угадал.

— Она приболела.

— Сильно?

— Да непонятно.

— Ну, она же в состоянии вызвать скорую, если что. Ты нужен нам тут. Сергей и Ко с нас три шкуры спустят, если мы не выдадим им результат через неделю.

— Я помню, — Матвей кивнул и сжал камеру до боли в пальцах.

— Не умрет твоя красотка, тем более у нас тут своих полно, — режиссер гортанно рассмеялся. Матвей не мог разделить с ним веселья, но выдавил улыбку. — Пободрее, Матвей. Иначе проторчим тут до завтрашнего вечера, а у нас часики тикают.

Если Матвей выдаст хорошие снимки как можно быстрее, то скорее окажется рядом с Алисой. И как так все за одну ночь перевернулось, что теперь быть с ней рядом стало для него важным? Это все ее болезнь, не более. Ведь если ты не камень, то обладаешь чувством сострадания. Матвей убедил себя в том, что надо сосредоточиться на работе. Алиса может подождать, а он постарается закончить побыстрее.

* * *

Алиса не справлялась. С каждым часом ей становилось все хуже и хуже, появился кашель. Мать врубила телевизор на такую громкость, что у Алисы закладывало уши и она не могла до нее докричаться. Благо, эта женщина соизволила-таки налить ей чай с имбирем и лимоном, сделала что-то вроде бутербродов и оставила это все на прикроватной тумбочке. Видимо, смерть Алисы сегодня в ее планы не входила.

Алиса померила температуру — 39 градусов. Она не помнила, когда последний раз принимала лекарства, а потому побоялась выпить еще одну таблетку жаропонижающего. Страдать ей в пещере самобичевания еще какое-то время.

Она несколько раз засыпала и просыпалась, как-то умудрилась доковылять в ночи до туалета, застав мать храпящей на диване. Наталья приняла снотворное — серебристые блистеры мирно переливались в свете телевизора на кофейном столике рядом с пустыми контейнерами из-под готовой еды. Мать не стала утруждать себя готовкой, а просто снесла всё, что было припасено у Алисы. Сиделка двухсотого уровня, не иначе. Эта привычка пить снотворное появилась, когда отчим запил: Наталье надо было быть на работе бодрой, а громкий муж не давал никак уснуть.

Теплых чувств встреча с матерью у Алисы не вызывала — лучше бы она не приезжала. От этого было бы куда больше пользы.

Алиса прошла на кухню, борясь с ознобом и слабостью, чтобы налить себе воды. Руки не слушались и стакан полетел в раковину, разбиваясь на сотни мелких осколков. По ее руке потекла тонкая струйка крови. Плевать. Она взяла еще один стакан и налила себе воды — если не сделает хотя бы глоток, то просто отключится. Кашель не давал сделать вдох полной грудью.

Алиса посмотрела на часы — пять утра. Наверное, пора попросить помощи. Даже если это казалось ей до одури унизительным после всего. Она доковыляла до стула и включила телефон. Матвей не раз пытался до нее дозвониться. Ей стало смешно при мысли, что этот мужчина мог о ней волноваться. Ее смерть хорошо сыграла бы ему на руку, он бы отлично смотрелся в роли скорбящего. Матвей бы избавился от такой занозы в заднице как Алиса и не запачкал бы руки.