Книга Она моя дочь?, страница 47 – Соня Вишнякова

— На что я должна согласиться? — смущается от моего раздевающего взгляда, подтягивает ближе к шее ворот халата, но это не спасает от желания прикоснуться, которое я чувствую.

— Со мной встречаться, — подхожу ближе, тянусь ладонью.

— Ты понимаешь, что предлагаешь? Или ты решил, что я какая-то продажная дешёвка, которая будет встречаться с тобой два раза в неделю? Почему ты так решил? Это оскорбляет меня.

И почему я раньше об этом не подумал? Вот уж действительно идиот. Почему предположил, что она с радостью согласится, как согласилась бы любая другая.

— Я хочу встречаться с тобой, каждый день, — спешу поправить ситуацию.

— Я должна этому обрадоваться? — гордо вскидывает милый, точёный подбородок. — С трёх раз ты поменял на каждый день?

— Лиза, прошу тебя, возьми свои вещи и поехали со мной, — уже не сдерживаюсь. Зачем. Пусть видит и чувствует мой напор.

— Никуда я не поеду, — искренне возмущена.

Не понимаю, не осознаю, что делаю. Подошел очень близко, руки сами тянутся. Хватаю за ворот халата, тяну к себе упирающуюся Лизу. Она на мгновение поддается. Обхватываю тонкую талию, прижимаю к своему телу. Вдыхаю нереальный аромат вымытого тела, пьянею, сразу и окончательно.

— Давид, не надо, — Лиза слабо упирается в мою грудь маленькими ладонями, но я беспощаден, не принимаю отказа, хочу поцеловать и сегодня мне ничего не помешает. — Пожалуйста, мы не должны…

Ее губы уже рядом. Шепчут, но я не слушаю, мне все равно. Прижимаюсь насильно, чувствую сопротивление, но уже через мгновение оно ослабевает.

-

Не знаю, как объяснить, что сейчас происходит, как оправдаться перед собой. Возможно, мне уже не нужно оправдание. Я сломлена, безоружна. Нет больше сил сопротивляться, нет сил бороться и отрицать очевидное.

Давид обхватил и прижал меня к стене. Стиснул, обдавая властью, подчиняя.

Я поддалась. На силу его рук, на требовательное притяжение, на касание его горячих губ, приникших к моим. Ответила. Приняла объятия. Вспыхнула, загорелась. Захваченная властью жарких губ, позволила движение ладоней по моему телу.

Несколько долгих минут показались вечностью. Он целует меня, не верю, что это происходит наяву. Много раз я видела это во сне, а то, что происходит сейчас вовсе не сон.

Мозг мой отключился напрочь, перестал соображать. Забыла, почему нельзя целоваться с этим человеком. Всё во мне кричит и требует — можно. И я сама целую его, как никогда никого не целовала… Никогда и никого.

Какой-то шум вернул меня с небес на землю. Нехотя начала выбираться из объятий, пытаясь завершить этот неосознанный, добровольный порыв.

Освободилась от поцелуя, но не получается высвободиться из объятий.

— Нет, Давид, нет, мы не должны… — стараюсь ухватиться за его ладони.

— Что не должны… почему? — не отпускает, обнимает, прижимает за плечи, за талию.

— Ты должен уйти, — говорю, хоть точно знаю, этого не хочу.

— Лиза, собирай вещи, поехали домой, — звучит требовательным полушепотом.

Горячая волна осознания, что я творю, бросилась в лицо. Стало страшно от осознания как далеко я могу зайти, позволяя ему целовать себя.

— Нет! — выкрикнула и резко толкнула его в грудь.

Он удивлённо посмотрел, в вопросительном взгляде — ожидание пояснения. Он реально не понимает, что происходит. Почему я так себя веду.