Онлайн книга «Наше небо на двоих»
|
А затем совсем стемнело, и свечи наконец стали играть не только роль декора, но и работать по назначению, освещая и создавая особенное настроение. Их Кристина перенесла в зал, чтобы не спугнуть мышку-ёжика, если та снова решит проведать холодильник. Когда Кристина её обнимала, не могла отделаться от ощущения, но у неё в объятиях не пышущая здоровьем молодая девушка, а скелет, обтянутый кожей. Недовольный жизнью скелет. А чему радоваться, когда недоедаешь? Кристина под влиянием соседок по съёмной квартире с ними за компанию разок-другой пыталась сесть на диету, но поняла, что такая пытка не для неё. Её же путь — кофе и круассаны. И, что самое удивительное, для себя она отметила, что, как только перестаёшь себе что-то запрещать, так тебе уже и не так и хочется. Если это, конечно, не касается кофе. Или любви. На этот раз Кристина написала первой: «Как дела?» Ответ пришёл незамедлительно: «Почти хорошо». «Почему почти?» «Потому что ты не рядом». В груди заныло сладко-сладко. Кристина отложила телефон и спрятала лицо в ладонях, затем посмотрела вверх на блики от свечей, усмехнулась и улеглась на диван, раскинув руки в стороны. Что ответить, она не знала — слова вылетели из головы, и всё её тело заполнилось счастьем. Нет, вся её душа заполнилась счастьем. Собравшись с силами, Кристина набрала: «Я тоже по тебе скучаю». Глава 32 Домой мама вернулась далеко за полночь, Кристина как раз вставала, чтобы воды попить. — О, дочь, привет! Не спится? — прошептала мама, помня, что младшенькая больше не в больнице. — Да нет, нормально всё. Пить просто захотелось. — А… У вас с Катей всё нормально? — Угу. — Ну и хорошо. Мама устало потёрла глаза, плюхнула сумку на пол, глянула на неё, вздохнула и поставила на полочку, где ей и было самое место. Ужасно подмывало пойти и прямо в одежде завалиться на кровать и не открывать глаза до самого утра, но внутренний зануда потребовал, чтобы она сперва хорошенько вымыла руки, хотя бы наскоро приняла душ и только потом позволила себе отправиться на боковую. У папы же, вернувшегося в половину пятого утра, внутренний зануда отсутствовал изначально, поэтому он бросил портфель на пол, помыть руки даже в голову не пришло, не говоря уже о душе. Спасибо хоть, что до трусов разделся перед тем, как лечь рядышком с ни о чём не подозревающей супругой. Зато потом, когда у мамы прозвенел будильник, проснулась вся семья. — Да ты вообще офонарел! — вопила мама. — Да ты ж грязный как свинья! — Оль, ну ты чего? — папин голос чуть удалялся от маминого. Оставалось только догадываться, что же там у них происходило. — Не свинья, а декоративный поросёночек, Оль. Домашний! — Значит, сегодня на ужин у нас декоративная свинья! Домашняя! — Ну, Оль! — Живо снял бельё и в стирку! Ты не свинья домашняя, ты хряк подзаборный! — Ну, почему сразу подзаборный? — Ага! Значит, ты признаёшь, что ты хряк! — Ну, Оль! Сёстры Перовы, далеко не в первый раз слышавшие родительскую перепалку — если так можно обозвать моральное уничтожение папы, — предпочли отсидеться у себя в комнатах. Тем более что мама остывала довольно быстро. При условии, конечно, если папа никак больше не косячил. А он, как показала практика, очень даже мог. К счастью, на сей раз все его прегрешения ограничивались тем, что он грязным завалился спать в чистую кроватку. Когда относительная тишина продлилась больше двадцати минут, Кристина решилась выйти из комнаты, Катя настолько рисковой не была. |