Книга Встретимся в полночь, страница 120 – Брианна Борн

Меня охватывает отчаяние.

— Мы можем уйти отсюда? Пожалуйста?

Уголок его рта приподнимается.

— С радостью.

По пути к выходу я на мгновение останавливаюсь у мусорного бака в вестибюле, и потом мы выходим из здания «Арекса» на солнце. Я осматриваюсь, лихорадочно соображая, куда бы пойти, и подбирая слова, которые мне нужно сказать этому парню. Мы идем, пока толпа вокруг нас не редеет, и находим укромный уголок на пустой парковке за зданием «Арекса».

В моем кармане вибрирует телефон. Я протягиваю руку и отклоняю вызов, не глядя, кто звонит.

Я поворачиваюсь к Страту, скрестив руки на груди, чтобы защититься от порыва горячего ветра. В задней части здания работает кондиционер, и в воздухе пахнет пластиком и фреоном. Это совсем не такой вид, какой открывается с башни замка в полночь, но теперь я знаю, что суть не в том, как все выглядит. Мы здесь, и это реально, и только это имеет значение.

Наши взгляды встречаются. Тысячи эмоций переполняют нас.

— Сделать это было бы неправильно, – говорю я.

— Да.

Я бросаюсь к нему.

Страт ловит меня в свои объятья. Я прижимаюсь лицом к его рубашке и просто держусь за него. Это облегчение, это утешение, это любовь.

— Я хочу тебе кое-что показать, – говорю я, слегка отстраняясь, и дрожащими руками достаю листочки. При дневном свете они очень яркие – неоново-зеленые и флуоресцентно-желтые.

Он приподнимает бровь.

— Это шпаргалки? Ты собираешься произнести речь? – В его голосе появляются нотки веселья.

— Нет, не шпаргалки. – Я беру его руку и, повернув ее ладонью вверх, кладу на нее заметки. – Каждый раз, когда ко мне возвращалось новое воспоминание, я записывала его.

Он просматривает желтые и зеленые листочки, потом начинаются ярко-розовые.

— Сначала я записывала только флешбэки. Но потом я стала записывать и то, что мы делали вместе в нашем настоящем.

Наша история в его руках лежит аккуратной стопкой. Однако, если начать ее читать, она оказывается запутанной, причудливой, сложной.

— Страт… Я не хочу начинать с чистого листа. Если мы сотрем наши ошибки, мы просто сделаем их снова. Или совершим другие.

Раньше мы были плохой парой. Девушка, у которой были неправдоподобные романтические ожидания, и парень, который сделал бы все что угодно, изменил бы в себе все, чтобы удовлетворить их. Мы должны были просто быть самими собой и честными друг с другом. Наслаждаться любовью, но не позволять ей завладеть всем нашим миром.

— Из всех этих моментов, – говорю я, положив руку на листочки, – мои любимые – из нашего настоящего. Когда ты бежал рядом со мной, чтобы я смогла закончить милю, не переходя на шаг. Когда ты рассказал мне о письме своей мамы. Когда ты поцеловал меня у окна в своей спальне.

— Я тоже без ума от некоторых из этих моментов, – говорит он, улыбаясь мне.

— Всю свою жизнь я мечтала о сказочной, идеальной истории любви, о которой я могла бы рассказать людям и которая заставила бы их восхищаться ее романтичностью. Но сейчас мне не надо никакой другой, кроме нашей. Нашего запутанного, извилистого пути друг к другу со стиранием памяти и прочим. Я хочу быть с тобой. Неважно, насколько все сложно.

— Ария…

— Подожди, дай мне сказать. – Я прижимаю руку к ребрам. – У меня все еще ноет в груди после той ночи на балу в школе Святого Свитуна. Это больно, но я смогу это вынести, Страт. С нами будут происходить непростые вещи, и у нас могут быть трудные времена, но я обещаю тебе, что не буду прятать голову в песок и притворяться, что ничего не происходит.