Книга Чужие традиции, страница 24 – Дана Яр

Девушка продолжала крепко спать, а он хрипло дышал, приближаясь к разрядке. Тело напряглось, клыки выехали наружу, а член стал ещё больше. Яйца потяжелели, и он глухо зарычал, упираясь ей в живот, по которому сползали вязкие капли его освобождения. Отдышавшись, Грагар встал, взял из баула кусок ткани, намочил его водой из бурдюка и тщательно обтер девушке живот и руку, и только потом обтерся сам.

Лег обратно и уже смелее прижал к груди нежное гибкое тело, укрывая ее белоснежной шкурой. Надо будет потом ей шубку справить и сапожки на зиму. Его беляночке нужны только лучшие меха, чтобы не замёрзла, когда холода накроют степь. Улыбнувшись своим мыслям Грагар пропустил сквозь пальцы подсохшие мягкие волосы. Для такой красивой и нежной девочки много чего понадобиться. Наряды из лучших тканей, снадобья для красоты, украшения из камней драгоценных. Ему хотелось ее порадовать и увидеть, как она улыбается. Он очень хотел увидеть ее улыбку, услышать ее смех. Но больше всего хотел надеть на нее брачные украшения и начать делать орчат.

Орк счастливо зажмурилась представляя, как приведет ее к родителям, как будет рада мама и как недовольно будет бурчать папа, но все равно будет рад за него, а бабушка сразу примется ее щупать, вызнавать о женских днях и крутить звездный календарь, подбирая лучшее время для зачатия. Так и уснул Грагар с лёгкой улыбкой на губах, прижимая к себе свою эльфиечку.

Лохматые ярки с полуголыми наездницами окружили эльфов, подняв тучу пыли. Соиледиаль брезгливо прикрыл лицо рукавом и гневно косился на рогатых чудищ из-за спин своей охраны, окружившей его плотным кольцом.

— Кто такие? — грозно спросила одна из женщин глубоким резким голосом.

— Это мы вас должны спросить, кто вы такие и почему позволяете себе так неуважительно обращаться к наследнику владыки Западного леса, — холодно спросил Соиледиаль. Он был мастером выказывать свое презрение любому, кого считал ниже себя по положению, а орки в его личной иерархии стояли где-то на уровне носков туфель. Его охрана, как один, тяжко вздохнули. Если с мужчинами орками можно было договориться полюбовно, то с женщинами их ожидает только смерть. Воинственные орчанки силой и ловкостью не уступали мужчинам, а уж про их крутой и спесивый нрав среди эльфов давно ходили страшные байки. Общаться с женскими патрулями нужно было максимально корректно и дипломатично, но избалованный наследник был совершенно лишён этих качеств, не потому что не учили, а потому что был мелким засранцем, о чем его отец прекрасно знал и поэтому поручал своим воинам, любыми способами предотвращать его встречи с орками, когда он ездил к невесте. До сегодняшнего дня они справлялись с этой задачей, отправляя гонца вперёд, чтобы он расплачивался с патрулями, но видимо с тем орком у дерева их гонец разминулся, да и не было там никогда патрулей, и они по воле духов оказались в такой неприятной ситуации. Обычно, чтобы обойти гномьи горы хватало одного дня и гонец к ночи уже добрался до границы с Западными лесами, а они не успели. Опять же из-за капризов наследника. Очень уж ему хотелось покрасоваться перед невестой и им пришлось нанимать повозку со слугами, чтобы обеспечить девушке комфорт, в котором, по мнению командира эльфов, дочь владыки Восточного леса не нуждалась. Девушка была явно привычная к походной жизни и недовольства не выказывала, больше капризничал ее жених. С повозкой они тащились в три раза медленнее и не успели обойти горы до темноты. Старший из эльфийских воинов стиснул зубы от вновь накатившего чувства стыда. Ему было искренне жаль несостоявшуюся невесту наследника. Орки не эльфы, у них совершенно другой уклад жизни и отношения между мужчиной и женщиной в корне отличаются от тех, что приняты в эльфийском обществе. Но помимо стыда он испытывал злость на наследника. Этот засранец делает все возможное, чтобы они живыми из красной степи не выбрались.