Книга Твое сердце должно быть моим, страница 36 – Дана Яр

— Пойдем вниз, пообедаешь с нами, а потом сходим к Филирии. Я даже не знаю вернулась она или нет, — предложила Адирилада.

Девушки спустились вниз, как раз, когда в дверь влетела растрёпанная госпожа Сайдерсам. Адирилада удивилась, видя мать такой.

— Ади, ты дома! — вскрикнула она и бросилась к дочери, — Ох, Лоти и ты здесь, — чуть не плача сказала госпожа Сайдерсам, — Я принесла дурные вести, это ужасно. Пойдёмте, нужно сесть, иначе, — мать не закончила фразу и потащила, ошарашенных такой встречей, девушек в гостиную.

— Я сегодня была у госпожи Лавар и она мне такое рассказала! — госпожа Сайдерсам часто-часто заморгала, пытаясь сдержать слезы, — Бедная Филирия, — всхлипнула она и полезла в сумочку за платочком.

— Что с Филирией, мама? — напряжённо спросила Адирилада.

— Вчера ее вернул отцу муж! У господина Нелерена были гости, в том числе и госпожа Лавар с мужем. Господин Варам притащил Филирию во время ужина, оскорбил и унизил прилюдно! А потом сказал, что он никогда на ней не женился, и если они желают, пусть ищут господина Варама и отдают Филирию ему, — почти шепотом сказала госпожа Сайдерсам, — Бедная девочка! Это в голове не укладывается!

— Мама, нам надо идти, — подскочила бледная Адирилада.

— Я думаю, дорогая, что сейчас не лучшее время для визитов, — сказала госпожа Сайдерсам, — день-два и об этом будет судачить весь город. Это ляжет тяжёлым грузом на ее семью.

— Это не важно, — упрямо сказала Адирилада.

— Не важно, — поддержала Адириладу Лотения, — Филирия наша подруга, она не виновата, что попала в такую ситуацию. Виноват ее муж недоделанный, и я первая плюну в любого, кто посмеет про нее слово дурное сказать!

До дома родителей Филирии девушки добежали очень быстро.

— Пошли через кухню, — сказала Лотения, когда им не открыли двери главного входа. Адирилада, только кивнула. Обойдя дом, девушки пролезли через дыру в заборе, через которую часто лазили в детстве, заросшую вьюном. Дверь в кухню была открыта, но там не было ни кухарки, ни помощника. Девушки, крадучись, прошли по коридору для слуг и по боковой лестнице поднялись на второй этаж. Дом казался пустым. Дверь в комнату Филирии была приоткрыта. Девушки, стараясь не шуметь, проскользнули внутрь. Филирия сидела на подоконнике, перед открытым окном и пустым взглядом смотрела перед собой. Она не двигалась, не моргала, казалось даже не дышала. Адирилада прижала ладонь ко рту, слезы душили ее. Девушки тихо подошли.

— Фили, — тихо сказала Лотения. Филирия подняла голову, посмотрела на подруг. И вдруг лицо ее исказила гримаса страдания, она протянула руки и обняла их, издав пронзительный вой. Филирия плакала так горько, рыдания сотрясали ее хрупкое тело. Адирилада не стесняясь плакала вместе с ней. Потом они молча сидели втроём на полу. Филирия заговорила сама:

— Он не мой муж. Я полюбила, незнакомца. Чужого, злого, холодного. Он не человек. Он чудовище. Я мечтала прожить с ним жизнь, родить ему детей. А оказалось, что это ему не нужно. Все его слова, оказались ложью. Он сам оказался одной большой ложью, — Филирия горько усмехнулась, — он смеялся, говорил, что отлично развлекся с провинциалочкой. Я не понимаю почему… Я призналась ему в любви, я отдала ему сердце, тело, душу, все ему отдала. Что с ним случилось? — девушка спрятала лицо в ладонях и снова разревелась.