Книга Целительница для разбитого сердца, страница 26 – Ольга Грибова

Но все же не помнить тоже по-своему благо. Не было боли, переживаний, беспокойства. Сплошной штиль. Вот только именно эмоции делают нас живыми. Без них мы лишь биологические механизмы.

На возвращение себя ушел час, не меньше. Окончательно опомнившись, я вдруг поняла, что в ритуальном зале стало светлее. Запрокинув голову, я посмотрела на потолок. Точнее, на дыру в нем. Судя по цвету неба, занимался рассвет.

— Осталось еще одно испытание. Я не успею! — испугалась я.

— Ты выдержала все три, посмотри на пол, — посоветовал Курт.

Переведя взгляд вниз, я увидела, что все круги горят. Магия перетекала по ним, переливаясь и искрясь. Надо было лишь принять ее в себя.

— Но как же так? — поразилась я. — Ведь еще должно быть испытание души…

— Ты прошла его, сумев сохранить в своей душе любовь даже после того, как разум все забыл, — ответил Курт.

Мы застыли на миг, глядя друг на друга. Оба понимали, что речь идет о нашей с ним любви. Именно над ней время и магия оказались не властны. Ее я пронесла через все невзгоды, и даже разлука ее не убила.

Я потянулась к Курту, но он отодвинулся.

— Не надо, Эйва, — произнес он. — Я не тот, кто тебе нужен.

— Позволь мне самой это решать, — возразила я.

Но Курт не был бы собой, если бы не беспокоился обо мне больше, чем о себе.

— Ты не должна тратить свою жизнь на калеку. Я сам виноват в том, что произошло со мной. И только мне нести это бремя.

— О чем ты? — нахмурилась я. — Это мой удар ножом привел тебя в это состояние!

Курт тяжело вздохнул.

— Давно надо было сказать тебе правду. С самого начала, если честно. Но я не хотел выглядеть глупцом в твоих глазах. Я все-таки пошел на дуэль, Эйва. То, что ты видишь перед собой, сотворил Горас, а не твое вмешательство.

Я замерла. Это же все меняет! Я не виновата… какое облегчение! Я будто была все это время в цепях и вот, наконец, они спали. Я не сломала жизнь любимого, не уничтожила его будущее. По крайней мере, не напрямую. Хотя та дуэль все равно была из-за меня.

Хотела бы я разозлиться на Курта, но не получалось. В конце концов, он мне не врал, я сама все придумала. К тому же он по-своему берег меня от этой новости. Теперь я понимала, почему в нашу последнюю встречу он сидел в кресле. Он просто не мог встать! Но скрыл это от меня, чтобы я уехала со спокойной совестью.

Курт меня отпустил. Он и помолвку расторг ради меня. Чтобы я не страдала. Таким он видел благородство.

— Почему, Курт? — простонала я.

— Так было лучше, — ответил он. — Для тебя.

— Ты представляешь, что я чувствовала, когда думала, что ты считаешь меня предательницей?

Он устало потер переносицу.

— Я не хотел, чтобы ты была со мной из жалости.

В этой фразе был он весь. Вся его упрямая, невыносимая гордость. А еще забота. Черт бы его побрал! Я шумно выдохнула и провела рукой по лицу, будто стирая все лишнее.

— Ты идиот, — заявила я.

— Знаю, — криво усмехнулся он.

— Так значит, это сделал Горас? — дошло до меня наконец. — Но почему он за это не поплатился?

— Он слишком хитер. Мне не удалось доказать злой умысел, — признался Курт.

Злость на Гораса прожгла меня насквозь. Будь он проклят! Из-за своей прихоти он разрушил наши жизни. Вот кто на самом деле виноват во всем.

Мне так много всего хотелось сказать Курту. Столько обсудить! Но он указал на потолок и напомнил: