Книга Метание ножей: бросок в сердце, страница 43 – Лия Совушкина

К отбору я относилась как к чему-то далёкому. Я не собиралась участвовать, никто меня не выдвигал. Мой удел — зрительские трибуны, ну, точнее, мне так казалось.

В день отборочных сражений меня разбудила Файлин задолго до рассвета.

— Вставай, — скомандовала она, стаскивая с меня одеяло. — Сегодня пропускать нельзя!

— Что случилось? — простонала я, пряча лицо в подушку. — Сколько времени?

— Полседьмого. Бои в девять. Надо занять хорошие места, иначе не пробьёмся.

— Разве это интересно кому-то, кроме боевого факультета? — сонно пробормотала я, приподнимаясь на локтях.

— Ты что, в академии даже ставки делают, — закатила глаза Файлин. — Отбор определяет, кто поедет на Турнир. Придут иностранцы, магистры, да и сам ректор обещал быть.

Я села на кровати и попыталась прийти в себя. Последние две недели меня не покидало чувство тревоги. Виллир хвалил меня на занятиях, Виттори в столовой смотрела так, будто что-то знала. Когда мы с девочками сидели в таверне, Ноллан появлялся там и следил за мной взглядом, от которого хотелось то ли сбежать, то ли кинуть в него нож.

— Ладно, — я поднялась с кровати. — Пошли. Только ради тебя.

— И ради Лорейн, — добавила Файлин. — Она сегодня участвует.

— Точно, — вспомнила я. — Лора же подавала заявку.

— И очень хочет победить. Мы должны её поддержать.

Через час мы уже были у арены — старинной круглой площадки за главным корпусом, окружённой каменными трибунами. Обычно здесь тренировались старшие курсы, но сегодня всё украшали флаги академии, а над ареной сиял защитный купол.

Людей было столько, что негде было стоять. Целители, призыватели, артефакторы, даже первокурсников пустили, и теперь они толпились с горящими глазами. Среди зрителей я заметила и иностранцев — всю пятёрку, включая Ноллана, который, заметив меня, сразу усмехнулся и посмотрел прямо в глаза. Фыркнув, я отвернулась.

— Аврора! Сюда! — Лорейн махала нам с нижнего ряда, у самого ограждения арены. — Я заняла места!

Мы поднялись к ней. Подруга была в боевой форме — чёрные штаны, куртка с эмблемой ворона на груди, ножи на поясе. Во взгляде виднелось волнение, которое наёмница пыталась скрыть.

— Готова? — спросила я.

— Как никогда, — она крепко сжала мою руку. — Я нервничаю, но хочу доказать, на что способна.

— У тебя всё получится, — заверила я подругу, обнимая и похлопывая по плечу.

— Кроме тебя, — усмехнулась Лорейн.

— Я не участвую, — напомнила я.

— Конечно.

В её голосе звучало что-то странное, но я не успела спросить — на арену вышел ректор Аластор. Высокий, в сверкающей мантии, он выглядел внушительно.

— Адепты, — его голос, усиленный магией, разнёсся по арене. — Сегодня мы определим, кто представит академию на международном Турнире. Бой продлится до касания лопатками земли. Магия разрешена, но без смертельных заклинаний. Победители проходят дальше, и уже к вечеру станут известны пять лучших претендентов.

Трибуны зашумели. Я смотрела на арену и волновалась не за себя, а за Лорейн. Она крепко сжимала мою руку, и я ощущала дрожь её пальцев.

— Первый бой, — объявил ректор, — Лорейн Арвен и… Виттори Вивир.

Я застыла.

— Что? — выдохнула Лорейн.

— Что? — повторила я.

На арену вышла Лорейн. Следом появилась Виттори — в лёгком платье, с распущенными волосами, испуганная, словно её вывели на казнь. На лице сестры застыл ужас, словно она не могла поверить в происходящее.