Книга Попал! В хоршие руки. Лазейка-портал 2, страница 112 – Мартиша Риш

— Скажите честно, герцог… — протянул король.

— Барон. Этот титул перешел ко мне от отца, — оживился отчим.

— Я никогда не ошибаюсь и абсолютно уверен в том, что вы герцог.

— Да? — кусок сбитня все же зачерпнулся на ложку, но та зависла на половине пути, до рта папа так и не смог ее донести.

— Именно так. Так скажите мне честно, скольких вы собираетесь перекусать?

— Только свою супругу.

— И все же? Вам же необходима охота. Я читал летописи прошлых эпох. Не стоит ограничивать себя.

— Моя жена очень ревнива, да я и сам не готов касаться кожи чужих женщин. Это противно. Что касается сына, он пьет только кровь моей дочери. Буквально по капле.

— Хм.

— Наше логово точно не разорят? Мы решили обосноваться в Темных землях. Там удивительный климат.

— И людей совсем нет. Ваше логово и членов вашей семейки, простите, семейства…

— Клана.

— Словом, никто не рискнет тронуть. Даю своё слово короля.

Оскар

Хрупкий слепок всех стоящих за нами поколений помещается у меня на ладони. Он так прекрасен, так хрупок и почти ничего не весит, еще не дитя, только икринка, в которой находится мой потомок. Совсем кроха. Я поднимаю вверх руку, пытаюсь проникнуть взглядом сквозь тонкую сияющую оболочку. Невыносимо хочется раструбить на весь мир о своем счастье, дать каждому полюбоваться этим истинным чудом рождения, будто бы оно никогда не случалось ни в одной семье. Да, у людей все происходит немного не так, они сразу получают готового младенца. Мы же? Мы можем заглянуть внутрь таинства жизни еще до того, как дите совершит первый вдох. Я не рискую показать икринку даже нашим старшим детям, слишком она хрупкая, да и обычаи не велят. Это чудо предназначено только для взоров двоих — матери и отца, если они оба живы. Жена поднялась с ложа, встала рядом со мной, любуется на своего ребёнка. Явно хочет прикоснуться к нему, погладить. Мне и самому невыносимо хочется этого, но нельзя, никак нельзя разорвать тонкую оболочку икринки.

— Давай подойдём ближе к окну, я хочу посмотреть какой он? — шепчет супруга.

Как тяжело дались эти пять шагов от нашей постели до окна, я так боялся споткнуться, упасть, да просто выронить нашего сына из своей руки.

Позднее утро дрожит лучами, за окнами шепчется лес, роняя неровные, колышущиеся тени на дом. И кажется, что нет мгновения прекрасней, чем это. Я упиваюсь каждым мигом, близостью жены, плодом нашей с ней великой любви и все сжимается от восторга, нет мига слаще.

— Подними руку выше. Нет, не эту, — ведьма тихонько поддерживает меня под ладонь и в лучах солнца мы видим нашего сына. Он совсем не похож ни на человека, ни на вампира. Крохотное тельце, громадная голова, пальчики напоминают своей формой скорее плавники, чем привычные руки.

— Красивый, правда? — восхищенно произносит супруга, — И на тебя так похож.

— Да, он прекрасен. Но пора унести сына в кокон, пускай подрастет.

* * *

Светлана Ивановна

Оскар взбирается на нашу постель будто на Эверест, так осторожно ступает, боится выронить кроху. Заботливый, бережный, никогда и не подумаешь, что мужчина может быть таким осторожным и чутким. Совсем не так я себе все представляла! Не думала, что кто-то кроме медведей умеет рожать во сне. Проснулась от смутной тревоги, когда любимый уже держал на ладони почти прозрачное крохотное яйцо. А внутри — целая жизнь, прямо там под тоненькой пленкой мельтешат ручки и ножки, бьётся сердечко. Такая нежность вдруг нахлынула изнутри, такое невыносимое счастье обрушилось, что и дышать невозможно, а сердце замерло, боится ударить слишком громко, только бы не побеспокоить нашего сына. Хорошенький! Маленький! На рыбку немного похож, даже хвост еще есть, как у всякого нормального эмбриона.