Книга Наследство из другого мира, страница 108 – Мартиша Риш

— Зачем? Я ведь велела тебе этого не делать.

— Я полагал, так будет удобнее, хозяйка.

Гордый, неимоверно гордый, даже несмотря на рабскую позу. Я кладу свои чуть дрожащие пальцы на горячие виски раба. Резкий вдох, такой, будто бы он тонет, сжатые в кулаки пальцы, мгновенно побледневшая кожа и бездна в глазах. В ней я вижу свое отражение.

— Прикладывайте, я повинуюсь, — от этого голоса мороз прожигает по коже. В нем застыла сама обречённость.

— Скажи правду о том, как ты стал рабом. Почему так сложилось?

Парень облизнул губы, по его лицу прошла тень.

— Я полностью признал свою вину в убийстве.

— Сколько тебе было лет?

— Четырнадцать.

— Ты… Какого ты был сословия?

Может быть, Мартин из бедной семьи? Может, на него нажали, заставили взять вину на себя? И вновь эта гримаса, будто бы тень упала на лоб.

— Я старший сын в семье аристократа.

Выходит, дело расследовали как подобает. Старший сын, наследник рода, надежда семьи. Не могли его просто так сделать рабом. Только если совсем отреклись. Но почему? Должна же быть хоть какая-то на это причина?

— На тебя напали? Ты отбивался?

— Нет.

— Ты… — мне так хочется найти ему хоть какое-то оправдание, — Ты сожалеешь о том, что случилось?

— В то время я бы поступил так же.

— А теперь?

— Не знаю.

Я тороплюсь как можно скорее убрать руки с висков этого парня. И все же медлю. Себя тоже нужно обезопасить, едва ли не в самую первую очередь.

— Я приказываю тебе ни словом, ни делом не вредить мне. Не пытаться отравить или допустить, что я случайно приму какое-то зелье.

— Понял, принял к самому сердцу, моя госпожа.

Я убрала руки с висков, парень тут же подскочил на ноги, в его глазах появилась осмысленность и как будто исчез страх.

— Благодарю вас, хозяйка.

— За что?

— Вы… не стали ничего такого приказывать. Я останусь цел и здоров?

— Я же говорила, ни издеваться, ни калечить не буду… и не продам.

Это решение далось особенно тяжело. Я не хочу никакого дела иметь с убийцей, от которого в ужасе отвернулась собственная семья. Было же за что? Наверняка было! Никто не способен так просто бросить своего ребенка! Даже Зильбер и тот хоть как-то заботился обо мне, воспитывал, а я ему в лучшем случае была племянницей. И вряд ли Мартин хоть сколько-нибудь изменился за эти годы, если уж он ни о чем не жалеет.

— Что мне теперь следует делать?

— Позови сюда Алана, только быстро.

— Ваша воля — закон.

Парень как будто слегка расслабился. Все такой же испуганный, но ярость немного исчезла. Не просто так его купил Зильбер. Он точно знал, как и почему попал в рабство этот парень. Вот и выбрал себе помощника.

От злости и бессилия я закусила губу.

* * *

Алан

Мартин вернулся через пару минут, белый, растерянный, похоже, чуть ли не после пытки.

— Иди, хозяйка позвала тебе. Не беспокойся, это не больно. Лучше сразу встань на колени.

И я сам не знаю, чего мне ждать. Может, зря я надеялся? Может, зря поверил в добродетель земной колдуньи? Знаю точно одно, на колени я больше не встану. И унизить себя ей не дам, лучше погибну. Я рожден в Фернире, я горжусь своей честью и достоинством. Не валятся мне в ногах у шохирской ведьмы, покуда я цел.

Мартин

Я не смог сознаться в том, как стал рабом. Стоило труда подать правду так, чтобы хозяйка ничего лишнего обо мне не узнала. Достаточно с меня насмешек Алана, не хотелось бы терпеть подобное от госпожи. Пусть считает, что хочет, лишь бы только не думала плохо о моих родных, не поносила семью, родителей.