Книга Наследство из другого мира, страница 103 – Мартиша Риш

— Красивая у тебя птица, гладкая, черная, ладная, как и ты, — раздалось над ухом.

Я вздрогнула, чуть не подскочила, мигом сунула ноги обратно в туфли. Словно девчонка, которую директор застукал за шалостью. И когда только я ногами стала щупать дорожную пыль? Тёть Аня подошла совсем близко к машине и продолжила нараспев своим неповторимым карельским говорком.

— Правильно, фамильяр всегда похож на хозяйку.

— И ваш тоже? Какой он? — мне вдруг стало до ужаса любопытно, как ребенку, который наконец раскрыл какую-то тайну.

— Неужто не догадалась?

— Нет.

— Ужик. Все детство за вами приглядывал, за сорванцами. И на болото ползал, пока вы клюквой туеса набивали, и в лес. Помнишь, как повадились на кладбище носы совать свои неразумные. А если сущность привяжется? Вот и пришлось мне отправлять за вами "свово" фамильяра. Он на том кладбище как сторожевой пёс сидел, чуть не жил там все лето. И ведь детям-то слова не скажешь, не объяснишь ничего. Всё одно не поймут, обсмеют только.

— Вы тоже ведьма?

Анна чуть изменилась в лице.

— Нет, не ведьма. И никогда не была ею. У меня другой дар, — покачала она головой, — А ты взяла и свой наследный, и от Сильвера его дар взяла, ещё и беса прихватила в наследство. Я бы на такое никогда не решилась. Впрочем, дело твое.

— Я не брала ничего у Сильвера. И беса у меня нет.

— Как не брала? Я-то вижу. Сила в тебе проснулась твоя, та, что по роду идёт, что от мамы досталась. Искристая, серебряная, ручьями лесными полная, да ночами звёздными. Только эта сила теперь в тебе слилась со второй, темной, той, которой обладал Сильвер. Как ты и уцелела только? Не понимаю, — Анна поправила на плечах свою извечную шаль, закуталась в нее посильнее, поежилась. Серый козий пух расправился новым узором, засеребрился. И зачем только она кутается в такую шаль летом? Может, и вправду мёрзнет? — отстраненно подумалось мне.

— Но я не специально взяла. Сильвер меня попросил приехать, передал через врачей. Там молодой хирург в больнице, он мне позвонил, сказал, что дядя при смерти. Я хотела проверить. Просто убедиться, что Сильвера больше нет.

— Убедилась? Напрасно ты на его зов откликнулась, — суровое лицо соседки вдруг преобразилось, посветлело, а глаза стали отливать синим.

— Почему?

— Колдун сам умереть не может. Такой колдун, как Сильвер. Он ведь обладал неслыханной силой и должен был ее кому-то передать. Иначе бы так и мучился. Вот ты приехала, да и приняла дар, а с ним и бесенка. Из рук что-то взяла, или просто коснулась. Забрала свое. Теперь, эта сила твоя. Смирись с этим, девочка. И то, что ничего не знала, не меняет судьбы твоей.

— Бес — это Адик? Мой ворон?

— Нет, ворон — твой фамильяр, это другое, — Анна наконец тепло улыбнулась. Впервые за наш разговор.

— Тогда… — я немного замялась, не зная, как и сказать, — Это кто-то из моих рабов?

Анна мигом насторожились.

— У тебя есть в доме рабы? Значит, дверь в Шохир отворилась и всё ещё существует?

— Да, тот мир, он есть.

— Миров может быть много. Дом ваш, он стоит на расщелине междумирья. Зачарован накрепко. И кто знает, сколько оттуда можно открыть дверей и куда.

— Так один из рабов бес? — я нервно сглотнула.

— Нет, не думаю. Сильвер, каким бы могущественным колдуном он ни был, вряд ли смог бы привлечь демона. Его предел — это бес.