Книга Звездолет, страница 132 – Мелисса Ландерс

Плюнув на лодыжку, Доран схватил Солару за руку и побежал в безопасное место. Падающие вокруг обломки лишь подстегивали выбросы адреналина. Доран чувствовал только, как полупустой воздух втягивается в легкие. Но едва обогнув холм, он рухнул под тяжестью собственного веса.

Дальше ему без кислорода не убежать.

Солара упала на колени, выдернула его кислородную трубку и заменила своей. Доран попытался возразить, но она его остановила.

— Будем дышать по очереди. Прикрой лицо, чтобы замедлить утечку.

Сквозь шипение воздуха Доран услышал, как ожил микрофон. Солара вышла на связь с командой.

— Ренни, срочно к нам. У нас на двоих кислорода минут на пять. Слышишь?

Сперва на линии царила тишина. А потом Ренни произнес четыре самых прекрасных слова в мире:

— Мы уже в пути.

— Ваш главарь мертв, – объявил Доран тем же вечером пятидесяти коленопреклоненным пиратам.

Тех из выживших, кто согласился сложить оружие, собрали в самом большом помещении с аварийными запасами кислорода. Пираты стояли рядами, заведя руки за головы, и ждали приговора. Доран не собирался их убивать, но им знать об этом было необязательно.

— Вы живы милостью Даро Красного, – подхватила Солара, держа руку на импульсной винтовке. – Если решите носить его метку, останетесь здесь, на корабле, я его починю. Но есть два условия. Первое: вы никогда больше не вернетесь на место крушения или эту планету. Второе: если когда-нибудь Даро понадобится помощь, вы явитесь на зов.

— Если кто-то против, – сказал Доран, – буду счастлив сопроводить его к ближайшему шлюзу.

Разумеется, самоубийц не нашлось.

Пираты так и ждали на коленях, пока Доран поочередно подзывал их к себе. Там они приносили клятву верности и закатывали рукава, обнажая запястья. Каждый предыдущий главарь оставлял на их коже метку размером с монету. Со временем они превратились в тонкие шрамы или выцветшие татуировки. Если у самого молодого пирата имелся только один знак, Демаркуса Хана, то ветераны могли похвастать наборами в половину руки длиной. Доран прибавил к их коллекции свою метку – монограмму из переплетенных букв Д и К, – нанеся ее особыми термическими чернилами.

— Если это место похолодеет, – пояснил он, – знайте: я вас зову.

А потом назвал радиочастоту, на которой оставит инструкции, как действовать в случае надобности.

Солара вывела пиратов через единственный рабочий шлюз, Ренни с Гейджем рассадили их по челнокам и отправили прочь. Через несколько часов все уцелевшие были эвакуированы.

Разобравшись с этой проблемой, команда вернулась на «Банши» и занялась лечением сломанных костей, ран и ожогов. Доран собирался спросить брата, можно ли с комфортом переночевать в подземном бункере, но стоило Соларе наложить шину на запястье, как все мысли вылетели из головы. Доран успел чмокнуть любимую в щеку, а потом, не раздеваясь и не поев, рухнул на кровать.

На следующее утро, с первыми лучами солнца, Доран переоделся, побрился и собрал команду на камбузе. Даже Гейдж решил присоединиться, хоть и пристроился в самом дальнем конце стола. В воздухе висел густой запах каши, но никто не притронулся к еде. Все смотрели на лежащий на столе металлический костыль.

Все, что осталось от капитана.

Желудь прошмыгнула в комнату и подергала носом, вынюхивая свою пропавшую «маму». Затем взобралась по стене, прыгнула на стол и в панике заметалась туда-сюда. Так и не обнаружив капитана, летяга испустила душераздирающий вой. Кассия не выдержала и выскочила из камбуза. А вернулась в потертой джинсовой куртке, что доставала ей до колен. Руки утонули где-то в обширных рукавах. Видимо, одежда принадлежала капитану, потому что стоило Кассии сесть, как Желудь весело пискнула и нырнула в нагрудный карман.