Книга Тень короля, страница 128 – Мелисса Ландерс

Но почему?

Потому что вторых детей отдают в храм.

У девушки перехватило дыхание. Ответ потряс ее до глубины души. Отец признал ее, чтобы сослать в храм. Она не должна была там оказаться. Ее должны были растить дома, с Ниной. Но чтобы это произошло, мама с отцом должны были признать правду о ее происхождении, а тогда пошли бы сплетни, неуместные для благородной семьи. И чтобы не жить с постоянным напоминанием о своем позоре, ее отослали – с глаз долой, из сердца вон – туда, где можно общаться с ней только в короткие дни посещения.

Ее глаза горели от слез, а горло сжалось.

Вся ее жизнь была ложью.

— Мне жаль, Сериз, – сказал Дэрик голосом мягче розового лепестка и виновато ей улыбнулся. – С Днем Обретения тебя. Если тебя это утешит, мой может оказаться хуже.

Дэрик предложил всем троим пойти искать песчаную дыню в противоположном от охотников направлении, чтобы помочь Сериз попробовать свои силы в магии. Она согласилась, но попросила Киана с Дэриком начать поиски без нее. Она хотела присоединиться к ним позже, после серьезного и давно назревающего разговора с семьей.

Когда Киан с Дэриком ушли из лагеря, Сериз нырнула в палатку и достала сердечное зеркало. Сидя на холщовом полу, она звала через зачарованное стекло до тех пор, пока мать не услышала ее голос и не ответила.

— Дорогая, – мама поприветствовала ее с улыбкой, которая вмиг исчезла, как только она заметила покрасневшие глаза Сериз. – Что случилось?

— Я хочу поговорить с Ниной, – сказала Сериз. Она знала, что сестра пока не уехала и будет гостить у родителей еще пол-луны.

Мама колебалась.

— Ты выглядишь расстроенной.

— Дай мне поговорить с Ниной.

В зеркале появился отец, и Сериз поймала себя на том, что рассматривает его лицо в поисках хоть какого-нибудь сходства со своим. Она знала, что не найдет – никогда не находила, – но ее сердце сжималось при одной мысли, что она не его дитя.

— Где ты? – спросил он, вглядываясь в холщовые стены за ее спиной. – У тебя все в порядке?

Она чувствовала, что его беспокойство искреннее, но ее гнева это не остудило. Она все равно казалась себе грязным пятном на полу, которое ее родители прикрыли ковром-храмом. Сейчас она доверяла только одному человеку в семье. Она выдавила:

— Я хочу. Поговорить. С Ниной.

Отец вздохнул и отправился искать Нину, а найдя, передал ей зеркало. В рамке появилось лицо, укрытое черной вуалью.

— Что случилось? – спросила Нина.

Сериз дождалась, пока отец не выйдет из комнаты.

— Ты одна?

— Да, – ответила Нина, – а что?

— Нас точно никто не может услышать?

— Точно. Расскажи уже, что случилось.

— Отец на самом деле мне не отец, – сказала Сериз. – Вот что случилось.

Нина не стала ничего отрицать. Не засмеялась нервно, не сказала Сериз, что та сошла с ума. Она молча замерла, и Сериз догадалась, что сестра уже знала правду.

— Ты знала, – выдохнула девушка. Сердце сжалось еще сильнее. Похоже, она и сестре-то не могла доверять. – Ты знала и не сказала мне.

Нина пропустила обвинение мимо ушей.

— Что заставило тебя думать, что он не твой отец?

— А это важно?

— Да, важно, – ответила Нина. – Рассказывай, что случилось.

Сериз замешкалась. Раньше она считала, что может рассказывать сестре все, но теперь уже не была настолько уверена.

— Если я расскажу, – начала она, – ты не должна никому об этом говорить, даже маме, отцу и мужу. Ты должна сохранить это в тайне.