Книга Как ко мне сватался Ветер, страница 98 – Даха Тараторина

— Полох, беги! – заорала я что есть мочи, за что тут же получила ощутимый тычок кулаком в бок.

Но он услышал. Воздух замер вместе с господином гор. Флаги, обломки досок, листья и грязь – все осело, рухнуло и упало.

— Отец?!

— Трогательное воссоединение, – хмыкнул Ветер-старший. – Простишь, если не брошусь в твои объятия, сынок?

— Ты мертв, – произнес Полох с такой уверенностью, что покойнику следовало бы вернуться в первоначальное состояние хотя бы из вежливости.

— Урок на будущее: врагам стоит отрывать голову.

Меня передернуло от этого замечания, а Ветер продолжил:

— Я в порядке. Благодарю за беспокойство. Хотя похороны, признаться, могли бы быть и поторжественнее.

Полох медленно опустился на землю.

— Любимая, как ты? – тихо спросил он, благоразумно не делая резких движений: заметил нож у горла.

— Примерно так же, как и выгляжу, – не стала лукавить я. – Они хотят тебя убить.

— Не удивлен, – обезоруживающе улыбнулся жених, а потом перевел взгляд на отца. – Я принимаю вызов.

— О нет, – мерзавец вернул улыбку сыну, – о поединке речи не идет. Я собираюсь просто тебя зарезать. А ты, если дорожишь этой девкой, позволишь это.

— Нет! – воскликнула я. – Не позволит!

— Да, – мягко кивнул жених. – Позволю.

Кажется, в тот миг мое сердце перестало биться. Позволит… Умрет, чтобы спасти меня. Глупую, невыносимую, невозможную… Умрет. Из-за меня.

— Но для этого тебе придется выпустить мою невесту, – закончил Полох.

— Не придется. Ведь тогда ты вряд ли согласишься пожертвовать собой. Не беспокойся, у меня имеются вторые руки. Рой, мальчик мой, сделай милость: убей чудовище с гор. Иначе, – Ветер удобнее перехватил нож, – я убью девушку.

Рой шумно сглотнул слюну и нацелился острием меча в грудь Полоха.

— Серьезно? – приподнял бровь тот. – У этого заморыша нет ни единого шанса со мной справиться.

— Только если ты будешь сопротивляться. Но ты ведь не будешь?

— Полох, не смей! Я… я твоя невеста! Я запрещаю тебе!

— Невеста не жена, – усмехнулся он. – Прости, любимая.

Он раскинул руки в стороны и издевательски поторопил:

— Ну давай, герой. Если правда веришь, что этот изверг выполнит обещание.

Меч в руках у Роя задрожал, а Полох подлил масла в огонь:

— Знаешь, как он мучил жен день за днем? Пускал им кровь, избивал, запирал без еды и воды. Не потому, что хотел чего-то добиться. Ему просто нравилось.

Я присоединилась:

— Рой, пожалуйста, не надо. Нас трое, а он один. Что он нам сделает?

Но мучитель не дрогнул:

— Вам, может, и ничего. Но тебе я успею перерезать горло, маленькая упрямая дрянь. Рой, ну!

— Я не хочу…

— Не хочешь быть героем?

— Не хочу убивать…

По виску Полоха скатилась капля пота.

— Прости, Тисса, – шевельнул губами он. – Я не думал, что метка принесет тебе столько бед. Нужно было отпустить…

Нож вдруг перестал существовать. Как и тот, кто его держал, и Рой. Остались только я и Полох.

— Отпустить?

Раздавшийся над ухом смешок вернул происходящему краски:

— Какая очаровательная наивность! Ненаглядный не сказал тебе? Чтобы снять метку, достаточно ритуальной фразы.

Полох вздрогнул, но заставить отца замолчать был не в силах.

— Ты знал? – безнадежно спросила я. – Полох, ты знал, как разорвать связь?

— Не с самого начала… – признался он. – Узнал от ши.

— Так ты врал мне?!