Книга Развод с драконом. Лавка мороженого попаданки, страница 85 – Кира Лин

Как будто я пыталась наполнить водой дырявый сосуд.

— Упрямый ты… — выдохнула я сквозь стиснутые зубы. — Но я упрямее.

Ладонь уже начинало сводить от напряжения, пальцы немели, а магия, вместо того чтобы течь свободно, сбивалась и требовала всё больше прикладывать усилий.

Камень на секунду откликнулся — слабым, едва заметным холодком, который пробежал по поверхности короба.

Я затаила дыхание в предвкушении, но тут же камень вновь потускнел.

Ну вот, чтоб его! Что ж такое!

Я тихо выругалась и отняла руку, встряхнула ею.

Короб слишком старый или я недостаточно сильна?

Мысль кольнула неприятно, но я её оттолкнула.

— Разберёмся, — пробормотала, снова наклоняясь к коробу.

Отступать я не собиралась.

Выдохнула, снова положила ладонь на камень, на этот раз уже не пытаясь продавить его силой, а скорее прислушиваясь к нему.

Медленно, аккуратно, перестала давить и начала направлять, позволяя холоду течь ровнее, глубже, не расплескиваясь по поверхности. В самую сердцевину.

И вдруг — почти незаметно — сила зацепилась. Я почувствовала это сразу.

Отклик изменился. И камень стал наполняться магией, восстанавливаясь, трещинка за трещинкой. Щёлк, и он вспыхнул бледно-голубым светом.

Я забыла про воздух, боясь спугнуть этот хрупкий баланс, и лишь осторожно усилила поток, не давая ему сорваться.

А в следующий миг короб тихо и робко, но отчётливо загудел.

Я резко отдёрнула руку и уставилась на него, ожидая, что сейчас всё снова погаснет, рассыплется, исчезнет, как уже было не раз.

Но гул не стихал. Свет не гас.

Короб работал.

Я улыбнулась, подавляя в себе детскую радость и желание похлопать в ладоши. Кто бы мог подумать, что я буду заниматься реанимацией магических камней?

Но расслабляться ещё рано. Нужно убедиться, что это не случайность.

Я быстро огляделась, затем прошмыгнула в подсобку и вернулась с горстью свежих ягод — для эксперимента прихватила с собой из погреба Эдвины. Как раз они успели разморозиться.

Положив их внутрь короба, закрыла крышку и на секунду замерла, прислушиваясь к звуку.

Гул не стих, холод тоже никуда не делся.

Дальше оставалось только ждать, и это ожидание оказалось куда сложнее, чем сама работа.

В течение дня я возвращалась к коробу снова и снова, приоткрывала крышку, проверяла ягоды, наблюдала за тем, как они постепенно меняются, как поверхность становится плотнее, как холод начинает пронизывать их не только снаружи, но и изнутри.

К вечеру ягоды были полностью замёрзшими, с тонкой ледяной корочкой, которая едва заметно поблёскивала в холодном свете. И когда я осторожно взяла одну и сжала её пальцами, раздался характерный хруст, не оставляющий сомнений.

Я не удержалась и тихо рассмеялась, чувствуя, как напряжение последних дней наконец отпускает, уступая место уверенности.

Если он проработает без перебоев ещё несколько дней… Можно будет поговорить с Альмой.

После закрытия лавки я спешила домой, кутаясь в пальто. К вечеру заметно похолодало, и ветер подул злой и пронизывающий. Но меня грела мысль о заработавшем морозильном коробе.

Я даже замедлила шаг, прокручивая грандиозные фантазии в голове снова и снова.

На улице уже окончательно стемнело, хотя снег так и не выпал, и от этого мороз казался ещё более сухим и кусачим. Деревья чернели силуэтами, дорога терялась в сумерках, и только редкие огоньки в окнах домов придавали пейзажу живой вид.