Книга Ученица сильнейшего мага, страница 44 – Екатерина Политова

— Разрушители могут использовать магию иначе, — резко отрезал Адам. — Вот здесь и здесь, — из-за его спины я не видела, что он показывает. — По этому пути и пойдём.

— Пф, — скептически протянул ученый, покачав головой. — А можно было бы сделать из неё хорошее оружие. Может… вы хотя бы образцы её крови мне оставите? Вдруг я что-то придумаю?

— Что вы об этом думаете, Аннабель? — спросил вдруг ректор, не оборачиваясь.

— Я не хочу, — тихо отозвалась я, удивленная тем, что моим мнением вообще поинтересовались.

— Девушка против, ничего не поделаешь, — пожал плечами фон Кирс, в воздухе вокруг которого становилось всё больше светящихся формул. Разбираться в них на лекциях ещё не учили.

У меня разболелась голова и я прикрыла глаза.

Самочувствие не давало мне погрузиться в размышления о сути собственной магии. Я поняла, что голова заболела с двойной силой, а давление магии никак не хотело сойти на нет, оно притупилось после зеркала, но теперь меня будто давило бетонной плитой. Ощущения с каждой секундой становились всё более невыносимыми.

Когда ректор наклонился ко мне, я вдруг уловила в его взгляде беспокойство.

— Всё, — услышала я его тихий, спокойный голос. — Наше время здесь вышло.

Он взял меня на руки и держал так, будто я весила не больше пушинки. Я слабо прильнула к его плечу, забыв о всякой неловкости, и прошептала:

— И трех дней не выдержала…

— Не стоит ожидать от себя подвигов в вашем положении, Аннабель, — отозвался ректор.

— Двойной тип магии. Созидание через огонь, сильная чувствительность к магическим источникам… Я это уже видел, — проговорил за его спиной ученый.

— И забудешь, — отрезал ректор уже совсем иным тоном. — Держи язык за зубами, иначе я сдам тебя обратно Федерации. Ясно?

— Интересная у вас ученица, фон Кирс, — это было последнее, что я услышала в той лаборатории.

Я сидела, обмякнув в кресле, и смотрела на темноту за окном дирижабля. Не могла отличить гудение двигателя от гудения в собственной голове. Меня бросало то в жар, то в холод, мысли путались, и я не знала, сколько времени прошло с тех пор, как мы поднялись в воздух.

— Аннабель, — раздался негромкий голос рядом, и я с трудом подняла голову. Адам фон Кирс стоял передо мной, его лицо в полумраке было почти неразличимо, но я видела, как блестят его глаза в приглушенном свете. — Вы слышите, что я вам говорю?

Я увидела, как он протягивает мне стакан с какой-то мутной водой, от которой шел странный будто магический пар. Я растерянно моргнула, не понимая, чего от меня хотят.

— Это надо выпить.Удержите? — спросил он.

Я едва смогла поднять руку.

Ректор чуть нахмурился и затем, едва заметно вздохнув, поднес стакан к моим губам. Его пальцы скользнули по моей шее, поддерживая голову, и я почти машинально сделала несколько глотков. Жидкость была без вкуса и теплой, и почти сразу принесла слабое облегчение.

Я медленно подняла взгляд и посмотрела на него. Лицо Адама фон Кирса, обычно строгое и непроницаемое, сейчас выглядело другим. Уставшим, озабоченным, человечным.

— У вас… маска треснула, господин ректор, надо бы поправить, — выговорила я и на тот момент, между бредом и реальностью это казалось мне забавным.

Послышался очередной тяжелый вздох.

— Что вы несете? — тихо, но твердо произнес он. — Пейте ещё.