Книга Хозяйка Северных гор 3, страница 11 – Адель Хайд

Пока добирались до Кардифа идея отправится в «паломничество» окрепла в моей голове. Я нашла в себе силы поделиться с Элери. Поначалу подруга воспротивилась:

— Ты что, готова оставить сына?

Это был самый тонкий момент в этом решении, но вариантов взять Давида с собой не было. По словам того же сэра Джефри, если бы ребёнку было хотя бы пятнадцать дет, то можно было бы взять его в столь непростое путешествие, но он слишком мал, да и присутствие законного наследника на своих землях было нужнее. Вокруг него уже выстраивались и регентство, и Совет.

— С поддержкой епископа Норичского и Святого престола, вашему сыну здесь будет нечего опасаться, никто не пойдёт на Уэльс пока вы будете совершать паломничество, - сказал сэр Джефри.

Хотелось бы мне в это верить, но сэр Джефри привёл пример из прошлого, и даже мелькнуло знакомое имя Владимира Мономаха и его супруги*, которая совершила паломничество, и это остановило междоусобную войну.

(*Гита (Гида), жена Владимира Мономаха, предположительно совершила паломничество в Иерусалим ок. 1096 г.)

Но Элери я ответила честно:

— Нет, я не готова оставить сына, но наступают такие времена, что для выживания и моего, и Уэльса, и моего сына, требуются другие решения.

— Почему ты отказала Алану? - Элери задала запрещённый вопрос, ещё тогда, пять лет назад я попросила не спрашивать меня о причинах. Но Элери была одной из тех немногих, кто имел право задать этот вопрос.

— Потому что я не вдова, - тихо сказала я, надеясь, что ветер, который играл нашими волосами и шалями, в которые мы кутались, стоя на палубе, не унесёт эту информацию никуда, а сочтёт её неважной и развеет над бухтой.

— Что? - глаза Элери, и без того выразительные и большие, стали просто огромными.

— Джон жив, - сказала я, ещё тише, - но эта тайна может погубить многие жизни.

— Поэтому ты молчала? Столько лет?

— Да, Элери, я посчитала, что нельзя построить личное счастье, если это может привести к гибели других, - ответила я.

— И что изменилось сейчас? - спросила Элеои.

— А сейчас молчание может привести к гибели меня и моих близких, - ответила я, - поэтому я должна найти его и разорвать то, что он уже когда-то разорвал. Только так я смогу начать сначала.

Элери знала меня много лет и поэтому она всё поняла без слов:

— А если ты опоздаешь? И Алан женится?

— Значит он не моя судьба, - сказала я, - и я выберу другой вариант.

— Ты не сможешь, - горько улыбнулась Элери, - ты не сможешь жить без любви.

Я не стала отвечать, лишь отвернулась, чтобы ветер высушил моё лицо, не время для слёз, время для нового выбора.

* * *

Получение благословения и сборы заняли месяц, ещё около месяца при благоприятных условиях я буду в пути, есть вероятность того, что я не успею вернуться до сезона штормов, но на этот счёт у меня был план.

Я не знала, сколько времени займёт моё «паломничество», но знала одно, что на это время Уэльс будет находиться в равновесии. Епископ Норичский вошёл в совет баронов, и представлял Рим в этом совете. Все документы для подписаны на имя Давида, регентом при нём становился барон Надд вместе с супругой.

Мне надо было предупредить Алана, и не получив никакого ответа, на моё предупреждение о том, что Генрих готовится к войне, я отправила ещё одно. В нём не было ничего секретного для того, кто не знал.