Книга После развода. Любовь на осколках, страница 13 – Алекс Рубин

Нужна, да где же ее взять?

Младшие мать не помнят, а вот Макс…

От воспоминаний о бывшей сводит скулы, и, словно прочтя мои мысли, Натали все же задает вопрос, который я давно от нее жду.

— А где ваша жена?

Закономерный вопрос, и лучше, чтобы правду она узнала от меня, а не от местных сплетниц.

— Мы встретились, когда Максу было восемь лет. Сын от первого неудачного брака, как говорила она, но потом выяснилось, что брака никакого не было. Так, скоротечный роман на отдыхе с каким-то азиатом. Она даже имя и национальность его не могла вспомнить. — Бросаю взгляд на навигатор и перестраиваюсь в первый ряд. — А потом как-то все закрутилось. Анна была эффектная, умная, умела себя показать, обожала приемы, вечеринки, где блистала, как настоящая королева. Мы поженились, она забеременела, и все пошло по звезде. Беременность протекала сложно, пришлось ограничить светскую жизнь, и моя жена заскучала. А когда родились двойняшки, стало еще хуже. Она обвиняла детей в том, что фигура испортилась, что она не высыпается, а поэтому выглядит плохо, хотя у мелких были няни. Я списывал это на послеродовую депрессию. Анна пила антидепрессанты, ходила к психологу.

— Ой, простите! — прижимает она ладошки к щекам. — Я не хотела вас расстроить. Она… умерла, да? Самоубийство? Не смогла победить депрессию? Я читала… Простите.

Хмыкаю. Да тебе, Ната Пална, нужно романы женские писать, с таким-то воображением.

— С психологом она и сбежала. В Тибет. Восстанавливать душевное равновесие. Бросила на меня Макса, заявив, что отказывается от прошлого, берет новое имя и начинает все сначала.

— Дрянь! — эмоционально восклицает Ната Пална. — Это отвратительный поступок!

— Дрянь, — соглашаюсь я. — Но я списал это на психическое расстройство, такое тоже бывает, ждал, что одумается, вспомнит о детях. Черт со мной, но дети не виноваты. В Тибете они пробыли год, потом перебрались в Индию, в какую-то общину просветленных. Духовные практики, разговоры о высоком, танцы под луной, свободная любовь… А я усыновил Макса, подал на развод, алименты на детей и лишение ее родительских прав. Алименты от нее мне сто лет были не нужны, но мой юрист сказал, что это защитит детей юридически, пока идет процесс лишения прав. Она даже на суд не явилась, прислала документы с отказом и исчезла из нашей жизни. Так что теперь дети только мои.

— Ох, — вздыхает Натали, и я чувствую, как ее маленькая ладошка гладит меня по предплечью. — Мне вас так жалко, — и она шмыгает носом.

— Мы отлично живем, а будем жить еще лучше, — подмигиваю ей и сворачиваю во двор.

Новостройка в хорошем, но не престижном районе.

— Макар дома, — как-то жалко лепечет Ната и указывает рукой на припаркованный у подъезда автомобиль. Серая «хонда-седан». — Спасибо, что подвезли.

Она пытается выскочить из машины, но я удерживаю. Паркуюсь так, чтобы подпереть «хонду», и только тогда открываю дверь.

— Тут лужи, стой!

Подхватываю ее на руки и несу к подъезду. Она шипит, как рассерженная кошка.

— Поставьте меня! Соседи увидят!

— Это же хорошо. — Ставлю ее у двери. — У людей будет повод к зависти и сплетням. Ты внесешь разнообразие в их скучную жизнь. Открывай. — Стоит, мнется, смотрит на меня смущенно и неуверенно. — Ключа нет?

— Я код знаю, — быстро тыкает тонкими пальчиками в кнопки.