Книга Его тигриный мяу, страница 17 – Тина Тандава

Глянула на пузача и неосознанно поползла назад. Впрочем, вовремя остановилась, вспомнив, что за спиной решётка под напряжением. Но вариант броситься на неё и умереть красивой драматичной смертью показался уже не таким страшным, как попасться в руки этому маньяку. Нет уж, переспать с умственно отсталым – одно дело. Тем более с поддельным умственно отсталым, если я не обманываю себя и правильно всё поняла. А вот достаться садисту, который не факт, что даже чпокать захочет вместо последовательного вспарывания живота и коитуса в кровавые внутренности – совершенно другое. А судя по жестам и оживлённому взгляду из-под маски, этот бугай точно был из этой когорты психопатов. Во всяком случае, тигра он лупил без жалости и с видимым наслаждением.

Мой… простихосподе, Тигролев отпрыгивал, выворачиваясь из-под ударов кнута, но тот всё равно периодически задевал его, вырывая из рыжей шкуры клоки шерсти, и по полоскам кое-где струилась кровь. В эти моменты тигр проседал и жалобно взвизгивал от боли, но продолжал пытаться подобраться ближе и атаковать. Лавировал, прыгал, делал обманные движения, но всё безрезультатно! Боб не был быстрее, но у него было два преимущества в руках. Первое – на более длинную дистанцию, второе – если противник подберётся ближе.

Сколько продолжался бой, я не знала. Возможно минут пять всего, но мне казалось, что бесконечно! Боб вспотел, по круглому глянцевому пузу катились капли, а в глазах светился азарт и наслаждение. Я даже слышала, как он, размахиваясь, выдыхает сладострастные стоны, не стесняясь проявлять удовлетворения от власти над сильным зверем. Тигр же всё больше приседал на лапах, шипел, прижимался к полу, выискивая слабину, а шкура в некоторых местах была уже порядком располосована, возможно, даже потребуется зашивать. Странно, я не видела, чтобы на нём были шрамы с прошлых боёв, а, судя по поведению Боба, публики, да и его самого, это была не первая их битва.

Арену прорезал громкий болезненный рёв, и мой пушистик просел под сильным ударом, который попал аккурат поперёк спины. В этот раз он не успел увернуться и получил полную порцию боли. Я аж сама передёрнулась и сжалась – так страшно это выглядело. Даже появилось желание встать и разодрать в клочья морду этому гаду, который моего котика обидел! Но, конечно, я даже не двинулась – страх был сильнее. И для него были основания, потому что «котик», похоже, сдался и пополз на брюхе прочь.

9. Момент

Когда мужик вышел в центр, продолжая буравить взглядом поверженного противника, зал дружно захлопал. Но когда Боб, повесив шокер за хлястик на пояс, покосился на меня и поманил пальцем, указав на свою ширинку, – взорвался овациями. Похоже, это был импровизированный гвоздь программы, которого никто не ожидал. Если сейчас ещё и этот садист меня изнасилует на глазах у всех, то народ, наверное, умрёт от счастья! «Подонки! Мерзавцы! Бесчеловечные твари!» – подумала я с ненавистью. Но внезапно в поток моих мыслей ворвался на удивление бодрый и спокойный «внутренний» голос: «Кошечка, ты там чуть подыграй, нам надо удовлетворить толпу. Сделай вид, что согласна и боишься, тогда он не будет бить сразу, а я выберу момент и остальное сам сделаю, лады?»

Мне безумно хотелось повернуться к нему и завопить: «Что, мать твою?!» Но, конечно, я промолчала и, увидев как Боб поднимает кнут, вскинула руки и, не сдерживая рыданий, послушно поползла к нему на коленях, путаясь в полах раскрывшейся рубашки и не обращая внимания на обнажившуюся перед взглядами всех грудь.