Книга Месть, страница 71 – Вадим Оришин

В темноте Зевс рассчитывал на тишину, рассчитывал пользоваться своим преимуществом. Свет изменил расклад, скрытность больше не имела значения, и машинный разум переиграл ставку. Теперь он рассчитывал на скорость и мобильность тела практика.

Грузовые трюмы корабля были не слишком высокими, и вместо контейнеров здесь стояли деревянные ящики, квадратные, с двухметровым ребром. Поэтому он был уверен в единственном заряде, пламени будет достаточно.

Зевс дал очередь в щель между ящиками, когда на той стороне мелькнула чья-то нога. А затем с разбега запрыгнул на деревянный короб и перекатился по нему, спрыгивая с другой стороны. Спрыгивая и стреляя в падении. Длинная очередь скосила троих, ещё двух Зевс добил уже стоя на полу. Закинул ПП за спину и подхватил штурмовую винтовку, заодно забрав пару магазинов. А затем начался тир.

К этому моменту глаза уже привыкли к свету, и Иван видел, как Зевс играючи одиночными выстрелами срезает появляющихся охранников. Пожалуй, не в каждом боевике можно такое увидеть.

Зевс без труда мог выстрелить в ногу, показавшуюся из-за укрытия, чтобы следующую пулю положить в голову, или пробить выстрелом дерево, зная, что за ним есть противник. У одного из убитых он забрал рацию, чтобы слышать переговоры. Пару минут охрана этого не понимала, а затем тот, кто координировал команду, ругнулся.

«Проклятие! Он нас слышит! Смените волну на запасную!»

Но Зевс лишь перенастроил рацию вместе с бойцами охраны.

Грузовой трюм остался позади, Зевс быстро двигался по кораблю, отбросив подобранное оружие. И даже ПП в руки не брал, угрозы не было — его потеряли. Камерами облепили далеко не все внутренности корабля, и большая часть технических отсеков осталась в мёртвой зоне. Охрана, уже лишившись двух десятков человек, просто не решилась туда лезть.

На палубу Иван поднялся по какой-то лестнице, оказавшись на корме судна. После чего выбросил рацию и пошёл прямо к краю.

«О нет! Только не говори, что ты…»

«Именно» — подтвердил Зевс.

Переступив через ограждение, он прыгнул в воду.

центральный офис Митсуя

Погруженные в сумерки длинные прямые коридоры, повсюду напускной футуризм и скрытая под ним роскошь, холодные тона, сталь, пластик и стекло повсюду. Братья всё это презирали.

Не из личных предпочтений, вовсе нет, они могли оценить удобство и комфорт, что даровались современными технологиями. Они могли это оценить куда лучше всех вокруг. Большую часть жизни братья жили буквально в другом мире, в другой эпохе, в другой реальности, настолько бутафорское окружение им создали. Никаких технологий. Горное ущелье, деревянные дома, простая льняная одежда. Вода из колодца, удобства на улице, деревянная посуда. Посуда. Смешно. Деревянная плошка, предназначенная и для еды, и для питья, для всего. И никаких столовых приборов. Зачерпнуть из общего котла пресный рис и съесть руками. Затем этой же плошкой зачерпнуть воды из ведра. Весь рацион, вода и рис. И тренировки. Бесконечные тренировки. А ещё лаборатория. Братья ненавидели лабораторию. Там им причиняли боль, после лаборатории они долго приходили в себя. Их детство было ужасным, но основные ужасы были связаны именно с лабораторией. Офис Митсуя напоминал им лабораторию. И за этой они оба лютой злостью ненавидели местный интерьер.