Книга Куница. Том 6, страница 122 – Вадим Оришин

— Наплевав на то, что характером ты не подходишь? — на этот раз Слава спросила с сомнением. — Но в самой же разведке вас должны были тестировать вдоль и поперёк.

Шепард криво усмехнулся.

— Думаешь?

Слава удивилась.

— Да ладно?

Разведчик рассмеялся.

— Конечно, тестируют. Только там тоже люди, которым тоже платят премии за набранных сотрудников. И я им вполне подходил. Никаких особых противоречий. Нет, это не мой случай.

Кудрявцева вновь улыбнулась, вопросительно подняв бровь.

— И что? В чём мораль? Где объяснение твоей мягкосердечности?

Шепард помолчал немного, а затем сказал мрачно:

— В трёх африканских деревнях. Каждая населением как этот городок, может, поменьше.

Он замолчал, но Славяна, уже захваченная любопытством, не собиралась давать ему время на размышления.

— И? Что с этими деревнями?

— Мы кое-что нашли рядом с ними и не собирались этим делиться. Я приказал уничтожить все три деревни. Лишние свидетели. Выполнили так, будто их скосила болезнь, в Африке такое сплошь и рядом.

Славяна даже рассмеялась.

— Так вот, в чём дело! Это не мягкотелость! Это чувство вины! А ларчик просто открывался.

— Ага, — подтвердил Шепард. — Я даже сейчас не уверен, нужны были те смерти, или мы просто перестраховались. В тот момент мне казалось это правильным. Британия дала мне всё. Возвысила. Даже отец признал меня своим сыном… Впрочем, у него не сложилось с официальной женой, так что все дети Шепарда старшего — это четыре бастарда.

Несмотря на попытку сделать голос ироничным, Славяна слышала только горечь.

— Я умею быть благодарным за то, что мне дали. Сейчас, если для спасения сотни тысяч человек придётся пожертвовать тысячей — я это сделаю. Заплачу адекватную цену, если это будет необходимо. Но если это действительно будет необходимо. Сомнение в необходимости жертвовать малым ради результата — это то, что делает нас людьми.

Слава посидела немного в молчании и тоскливо хмыкнула.

— Иронично, — грустно вздохнула девушка.

— Что именно?

Слава ответила не сразу. Какое-то время она сидела, обводя взглядом окружающие городок горы.

— В нашей группе есть лидер. У него нечто вроде ПТСР, но не травма. Опыт. Он как ветеран, который видел войну. Он осторожничает иногда, пытается искать компромиссы, чтобы избежать лишней жести. Потому что знает цену. А два ублюдка, ответственных за катастрофу в Берлине, убедили меня ничего не говорить лидеру. Убедили, что он будет сомневаться, что не пойдёт на риск. Иронично, демоны их задери, что они были правы. Дима бы им головы оторвал за такие инициативы.

Она засмеялась, немного исторично.

— Я решила ему не говорить. И куда меня это решение привело? Устроила катастрофу, которая унесла, демоны знает, сколько жизней и, очевидно, унесёт ещё столько же на сдачу. Убила члена императорской семьи, поучаствовала в восстании колонии, а теперь застряла в жопе мира, между бушующим океаном и кишащими демонами горами в компании терзаемого чувством вины разведчика, рассказывающего мне оригинальные истории из своей жизни. Я точно знаю, когда моя жизнь свернула не туда. Когда я, вместо того чтобы доверять своему возлюбленному, решила скрыть от него…

Слава замолчала, всхлипнув, отворачиваясь в сторону. А когда вновь повернулась, на лице её не было и следа прошлых эмоций.