Книга Куница. Том 4, страница 103 – Вадим Оришин

— Этим летунам подожди не скажешь, — покачал головой полковник, командир батареи, что присутствовал здесь же, ожидая сигнала от наблюдателей. — Обидятся, чтоб их.

Из КШМ выглянул офицер связи, азартно улыбаясь.

— Господин генерал! Наблюдатели видят цели.

Азарт подхватили остальные офицеры.

— Давай, Степаныч, — кивнул генерал артиллеристу. — Вдарь им. А Соколов поддержит.

Полковник Соколов командовал механизированным батальоном, имея в штате и три роты танков. Мало против целой дивизии, но, если из засады, да при поддержке арт-батареи, можно и рискнуть. Генерал же перевёл внимание на Куницу, что уже закинул автомат на плечо и проверял снаряжение.

— Уверен? Ты, я смотрю, парень не промах, но…

— Такую возможность упускать нельзя, генерал, вы это знаете лучше меня.

Дороничев улыбнулся.

— Всё так. Удачи, Куница.

— К чёрту удачу, генерал, — отзеркалил улыбку молодой маг. — Со мной моя магия.

И вместе с майором побежал к импровизированной вертолётной площадке, где их ждал военно-транспортный Сикорский. Лезть в город имело смысл только после попадания колонн в засаду, иначе вся затея становилась чистым самоубийством. Она и сейчас казалась изрядной авантюрой, но цель оправдывала риск.

Вертушка поднималась в воздух под грохот артиллерийских орудий, уходя в сторону от поля боя, где тяжёлые ста восьмидесяти миллиметровые снаряды колотили застигнутую на марше во время спешной переброски колонну. Генерал очень хотел бы бросить в бой имеющиеся у него ударные вертолёты, но те отправились вместе со штурмовой группой, поэтому колонну пока гвоздила только одна тяжёлая батарея. Минуту спустя подключилась полевая артиллерия, уже не столь эффективная, но добавлявшая огня и смертоносной стали в общую картину разрушения. А затем на позиции вышли танки колониальных сил вместе с немногочисленными бронемашинами, расстреливая паникующих противников. Лишь часть танков мятежников смогла развернуться и открыть ответный огонь, однако боем это было сложно назвать, когда тяжёлая артиллерия продолжала подавлять любые очаги организованного сопротивления. Единственное, о чём жалел генерал — маловато снарядов, чтобы раздавить всю застигнутую врасплох дивизию.

Транспортный вертолёт присоединился к остальной группе. Четыре ударных вертушки и шесть транспортов несли штурмовой отряд к городу. Пролетевшее навстречу звено истребителей-бомбардировщиков порадовало:

«Мечник, я Альбатрос. ПВО подавлено. Повторяю, ПВО подавлено. Но всё равно не зевайте там, удачи», — порадовал пилот.

«Альбатрос, я Мечник один. Будем смотреть в оба. Спасибо», — отозвался командир ведущей птички.

Вскоре впереди показался Кандагар с поднимающимися столбами дыма. Похоже, Альбатрос не ограничился одними только средствами ПВО, нанеся удары по всем замеченным скоплениям противника, досталось даже дворцу. Группа вертушек начала облетать город чуть стороной, уходя дальше на юг. Их целью был аэропорт.

«Коготь один, я Мечник один. Расчистите площадку».

«Мечник один, я Коготь один. Принял, работаю».

Ударные вертолёты качнулись вперёд, набирая скорость. Вёрткие машины налетели на аэродром, расстреливая замеченную технику и личный состав противника. Истребители-бомбардировщики побывали и здесь, уничтожив немногочисленные самолёты Армии Освобождения, но солдат противника вокруг было ещё много.