Книга Куница. Том 2, страница 44 – Вадим Оришин

— Я хотел совместить приятное с полезным, — чувствую, как голос задрожал.

— Тогда почему бы не дойти до... — да только не я один был смущён и держался на одной силе воли.

Голос Славяны тоже дрогнул, девушка развернулась ко мне спиной, прокашлявшись.

— Садись, пожалуйста, — повторил я просьбу.

— Угу, — кивнула Кудрявцева.

Я заново собрал заклинание, и тело девушки покрыл незамысловатый рисунок. Сел за её спиной и собрался с мыслями. Если бы через виту не ограничивал прилив крови к некоторым органам, сейчас бы испытывал счастье подростковой эрекции. Положил ладони на спину Славяны... И почему-то этот момент показался мне самым интимным за обе жизни, несмотря на всё то, что у меня имелось в обширном опыте.

Вздохнул и приступил к работе. Вскоре погружение в магию очистило голову от лишних мыслей, так что узлами Славяны я занимался с полной самоотдачей, заодно проложив все необходимые сейчас магистрали. Пока они не будут работать, и но лишними не станут. До зверя Славяне было ещё далеко, я успел закончить только титан и негатио. Последний, чтобы девушка привыкала к сопротивлению. Следующим пойдёт икар, и я предвкушаю, как буду учить её им пользоваться. С непривычки это всегда тот ещё кошмар.

Медленно вышел из концентрации, вернувшись в реальный мир. И взглянул на спину Славяны. Рисунок, естественно, уже исчез. Волосы были убраны вперёд, на один бок, открывая мне покрасневшее ушко. Очень хотелось сдвинуть ладонь, ощутить пальцами нежность кожи. Но я, пожалуй, уже исчерпал запас наглости на сегодня.

— Мы закончили.

Я осторожно убрал ладони. У девушки уже был титан, так что под нежной кожей активно развивалась мускулатура. К счастью, даже на двадцатом ранге титан не превращает мага в тяжелоатлета, если маг сам того не желает. Но всё равно я относился к ней, как к чему-то хрупкому, с осторожностью и даже трепетом. Чтобы не смутиться окончательно, перевёл тему.

— У тебя появился негатио. Сейчас ещё слабый, но ты всё равно заметишь сопротивление. Не удивляйся.

— Хорошо, — кивнула Славяна. — Что-то ещё?

Я поднялся и повернулся к ней спиной.

— Оденься, пожалуйста. Ты... Я... Я очень смущён.

Славяна хмыкнула. Я слышал, как она встала.

— Да, я тоже.

Удаляющиеся шаги. А затем шуршание одежды. Выдыхаю с облегчением.

— Винишь себя за то, что пошёл на хитрость с краской?

Улыбаюсь.

— Нисколько. О таком не сожалеют.

Тихий смешок.

— Я посчитала, что первый раз получился смазанным...

Это Славяна про первый раз, когда я увидел её обнажённой?

— Давно хотела исправить и сделать всё так, как надо.

Снова участилось сердцебиение. То, что между нами происходит, никак не вписывается в рамки сотрудничества и дружбы. Но для любовников... Она слишком молода и вряд ли настолько опытна, чтобы прийти к отношениям, в которых не надо испытывать чувств и можно просто заниматься сексом. Я сам-то не готов к такому.

— Я очень... Благодарен, да... — с трудом выдавил из себя.

В голове сумел сложить красивый ответ, а произнести не смог.

— Я оделась, можешь повернуться.

Повернулся, увидев, как Славяна поправляет рукава.

— Показывай, где там твой брат прячется. Мне срочно надо затопить смущение страданиями людей.

Я вспомнил про Данко.

— Знаешь, пожалуй, мне тоже.