Книга Куница. Том 1, страница 164 – Вадим Оришин

Лицей встретил меня Славяной, нетерпеливо ждущей у главного входа. Я проверил время, семь семнадцать, до урока больше сорока минут. Я не опаздывал, но девушка выглядела так, будто ждёт уже целый час. Учитывая события последних дней, я не сомневался, что ждёт она именно меня.

— Она уже успела себя накрутить, — прокомментировала Лена, тоже заметившая Кудрявцеву.

Я вздохнул.

— Пожелай мне удачи.

И вышел под смех безопасницы. Увидев меня, Славяна нахмурилась, а затем постаралась придать себе независимый вид, а-ля дворянка на прогулке. Однако эта маска меня уже не обманывала, я знал, что Славяна — девушка активная, импульсивная и, порой, агрессивная. Подошёл к ней, чуть склонившись.

— Привет.

Славяна прищурилась, пытаясь держать образ, но не удержалась, широко улыбнувшись.

— Мы успели! У меня... — она прервалась, всё же мы здесь были не одни. — Идём!

Улыбнувшись на смущение, скрытое за приказным тоном, я последовал за девушкой. Но шли мы не в класс, а к тренировочным полигонам. В одной из комнат нас уже ждали. Людмила и три наших сверстника, девушка и два парня. Насколько я помнил — ребята из параллельного класса. Юля Новгородская, Михаил Шемякин и Павел Светлов. Самые козырные ребята из параллели. На меня все трое посмотрели... По-разному. Юля и Михаил недоверчиво и с изрядным недовольством, Павел спокойнее, с нейтральным интересом.

Я мысленно вздохнул. Девушки кое-что растрепали, что именно — ещё предстоит понять. Когда только успели? Мне бы, возможно, стоило возмутиться, что действуют без моего ведома, даже не спросив моего мнения, но кого я обманываю? Первое, что я бы сделал сегодня, встретившись с Людмилой — попросил познакомить нас именно с этой троицей. Так почему бы и нет?

— Господа, — кивком приветствовал парней, — леди Новгородская.

— Графиня Новгородская, — отозвалась Юля.

— И князь Шемякин, — добавил Михаил.

Я выразительно посмотрел на Людмилу. Прежде чем я начну говорить, эти ребята должны начать меня слушать.

— Прекращайте корчить гримасы, — Доброславова попыталась выразиться так, чтобы обращение относилось ко всем нам одновременно, что получилось не слишком убедительно. А затем она обратилась только к ребятам из параллельного: — Вы пообещали нас выслушать, так что не надо кривиться.

Михаил сложил руки в замок, демонстративно не глядя в мою сторону.

— Мы согласились слушать, а не терпеть неуважение.

— Тогда можете идти, — пожал я плечами.

Меня проигнорировали. Как забавно.

— Нет, я серьёзно. Если спесь вам важнее личной силы — пожалуйста. Мы поработаем с другими.

В разговор вступил Павел.

— Ты неправильно понимаешь нашу позицию, Мартен. Насколько мы видим, именно ты претендуешь на лидерство. Мы не против участвовать, но подчиняться тебе...

Хмыкаю.

— Ну да, конечно. Но это условие участия, с этим вы ничего не сделаете. Мне не нужны ни клятвы, ни признание подчинённого положения. Всё будет, как в старину. Я готов быть первым среди равных. По праву силы. И не позволю никому своё первенство оспаривать, а силу готов доказать.

Шемякин хотел что-то ответить, но Светлов положил ему руку на плечо.

— Здесь и сейчас?

Я прислушался к себе, поморщился. Духовное тело ещё не полностью отошло от ритуала.

— Здесь и сейчас только один на один. Через две недели смогу выйти против вас всех, — улыбаюсь. — Всех, это вас шестерых.