Книга Сын Палача. Том 3, страница 122 – Андрей Ткачев, Вадим Оришин

Девушка развела руками.

— Вот и вся история. Сейчас есть четыре места, вроде этого, где создают безмолвных. Ещё в двух ведутся кое-какие работы, вяло. Гомункулы несовершенны, имеют недостатки, которые нельзя игнорировать. Ограничение на продолжительность жизни, как минимум. Тридцать лет — это оптимистично. В боевых условиях, с постоянными ранениями, травмами, активно действуя — лет пять, максимум.

Киваю, показывая, что услышал её.

Врёт? Смысл? Она меня не подстрекает на предательство, наоборот, сама является предательницей. Держу в уме, что всё это может быть обманом. Однако пока сделаю вид, что поверил.

— Понял. Теперь давай подумаем. Чего ты сама-то хочешь? Сомневаюсь, что мы, даже с поддержкой, сможем своими руками уничтожить все места для создания… безмолвных. А уж уничтожить информацию о процессе создания — точно нет.

Йонетт кивнула:

— Да, всё верно. И да, меня, как и тебя, пугает попадание этой магии в руки ларрианцев. К тому же я вовсе не желаю своей стране поражения, а имперцы, узнав о безмолвных, нас просто так не оставят. Значит, нужно как-то минимизировать ущерб. Дать имперцам то, чего они хотят. Лишить мотивации под лупой обыскивать каждый куст. И при этом дать столько, чтобы у них не получилось воспроизвести безмолвных не только сразу, но и в ближайшей перспективе.

Я начал понимать, на что надеется Йонетт.

— Лишить знания некоторых ключевых элементов. Или подменить. А ещё внести несколько случайных ошибок.

Цепная улыбнулась.

— Повторюсь, рада, что не ошиблась. Теперь о проблемах. Все нужные бумаги у меня уже собраны и лежат в тайнике, не здесь, но их только забрать. Саботировать работу здесь я… — Цепная задумалась, но ненадолго. — Нет, вряд ли. Сколько бы об этом ни думала — не вижу вариантов. Верных людей у меня здесь предельно мало, сомневаюсь, что удастся хоть чего-то вменяемого достичь. Поэтому только бегство, нас двоих. Мои люди уйдут сами. А дальше… Имперцы, все, кто обо мне знают, меня сначала убьют, и только потом будут готовы говорить. Мне нужен кто-то, через кого можно с ними разговаривать. Хотя бы наладить контакт с этой их канцелярией.

Киваю.

— Шестой отдел. Знаю одного.

Йонетт удивилась:

— Правда? Что же, это облегчает дело. Связываемся с твоим знакомым. Передаём ему материал. Я — наёмница, простой исполнитель, сама ничего особо не знаю. Должно получиться, я сделала всё, чтобы обо мне знало как можно меньше людей. Даже откуда я родом практически никому не известно, так что подозрений быть не должно. Мало кому известно, какую реальную роль я во всём этом играла.

Поднялся и начал ходить по кабинету, мысленно прикидывая реакцию Жака. Станет ли он меня вообще слушать? Я ведь в какой-то момент попросту исчез. Но, допустим, станет. Да и не с пустыми руками я приду. Да только если материалы он примет с большим удовольствием, то Йонетт…

— А тебе точно надо фигурировать во всём этом? Я как-то совсем неуверен, что материалы спасут тебя от внезапной смерти.

Цепная пожала плечами:

— Ты прав. Сама в этом совершенно не уверена, но я устала. Половину своей жизни я скрываюсь… Осточертело. Хочу хотя бы попробовать получить амнистию. Найти какую-то мирную деятельность. Это стоит риска.

Вздохнул. Кажется, за этим есть что-то ещё, чего она не хочет озвучивать. Да только ответа я всё равно не добьюсь.